Славянские боги и богини

[Зяма]

Славянские боги и богини - кто они, откуда они

Считалось что человеку дают жизнь четыре бога:
- отец дает кровь;
- мать - тело;
- Ладо богородица - душу;
- Бог Род - мудрость.
Все гораздо проще и умнее, чем выбрано из словарей выше.
Славяно-арийскими богами были предки. Поэтому люди не жили для богов (как и дети не живут для родителей), а жили для своих детей. К богам обращались за помощью, как дети к своим родителям. Славяне считали себя детьми Дажьбога (не Даждь, а Дажь) внуками Сварога.
Бог Род олицетворял гениологию по отцовской линии, Ладо богородица - по материнской.
Славяно-арийцы были убеждены что их предки пришли на эту планету (землю Мидгард) из трех звездных систем (льва, лебедя и большой медведицы). Первопроходцев называли Асами, отсюда и название Азии.

И завершив очередной свой Круг,
Мы вновь у Храма Знаний…
В нём ни дозорных нет, ни слуг
И нет нагромождённых зданий
Хранится там благая Весть
Для сохранивших Совесть, Дух и Честь

[Зяма]

СЛАВА ТРИГЛАВУ!

"И вот начните,
во-первых, - главу пред Триглавом склоните!"
- так мы начинали,
великую славу Ему воспевали,
Сварога - Деда богов восхваляли,
что о***ает нас.
Сварог - старший бог Рода божьего
и Роду всему - вечно бьющий родник,
что летом протек от кроны,
зимою не замерзал,
живил той водою пьющих!
Живились и мы, срок пока не истек,
пока не отправились сами к Нему
ко райским блаженным лугам!

И Громовержцу - богу Перуну,
Богу битв и борьбы
говорили:
"Ты, оживляющий явленное,
не прекращай колеса вращать!
Ты, кто вел нас стезею правой
к битве и тризне великой!"
О те, что пали в бою,
те, которые шли, вечно живите вы
в войске Перуновом!

И Свентовиту мы славу рекли,
он ведь восстал богом Прави и Яви!
Песни поем мы Ему,
ведь Свентовит - это Свет.
Видели мы через Него Белый Свет.
Вы посмотрите - Явь существует!
Нас Он от Нави уберегает -
Мы восхваляем Его!
Пляшущего мы воспевали,
к нашему Богу взывали мы,
ибо тот Бог - Землю нашу носил,
звезды держал,
Свет укреплял.

Славу творите во всем Свентовиту:
"Славу Богу нашему!"
Скорбите же сердцем нашим -
этим вы смели отречься
от злого деяния нашего,
и так притекли к добру.
Пусть обнимаются дети!
И говорите:
"Все сотворенное
не может войти в расторгнутый ум!"
Чувствуйте это, ибо лишь это умеете,
ибо тайна та велика есть:
как Сварог и Перун -
есть в то же время и Свентовит.
Эти двое охватывают небо,
сражаются тут Чернобог с Бедобогом
и Сваргу поддерживают,
чтоб не был повержен тот бог Свентовит.
За теми двумя - Велес, Хорс и Стрибог.
Затем - Вышень, Леля, Летеница.

[Зяма]

Затем Радогощ, Крышень и Коляда,
за ними - Удрзец, Сивый Яр и Дажьбог.

А вот Белояр, Ладо, также Купала,
и Синич, и Житнич, и Венич,
и Зернич, Овсенич, и Просич,
и Студич, и Ледич, и Лютич.
За ними вслед Птичич, Зверинич, и Милич,
и Дождич, и Плодич, и Ягодинич,
и Пчелич, Ирестич, и Кленич,
Озернич, и Ветрич" Соломич,
и Грибич, и Лович, Беседич,
и Снежич, и Странич, и Свендич"
и Радич, Свиетич, Корович,
и Красич, и Травич, и Стеблич.
За ними суть -
Родич, Масленич, и Живич,
и Ведич, и Листвич, и Цветич,
И Водич, и Звездич, и Громич,
и Семич, и Липич, и Рыбич,
Березич, Зеленич, и Горич,
и Страдич, и Спасич, Листвеврич,
и Мыслич, и Гостич, и Ратич,
и Стриничь, и Чурич - Родич,
и тут Семаргл-Огнебог -
он чистый и яростный, быстро рожденный.
То суть - Триглавы всеобщие.

Сюда ты придешь,
и тут же служитель ворота откроет,
и пустит сюда -
в прекрасный сей Ирий.
Течет Ра-река там,
та, что разделяет небесную Сваргу и Явь.
И Числобог наши дни здесь считает.
Он говорит свои числа богам,
быть дню Сварожьему, быть ли ночи.
И дни отсекает,
поскольку он - явский"
он сам в божьем дне.
В ночи ж никого нет,
лишь бог Дид-Дуб-Сноп наш.
Славься, Перун - бог Огнекудрый!
Он посылает стрелы в врагов,
верных ведет по стезе.
Он же воинам честь и суд,
праведен Он - златорун, милосерд!

[Зяма]

Как умрешь,
ко Сварожьим лугам отойдешь,
и слово Перуницы там обретешь:
"То не кто иной - русский воин,
вовсе он не варяг, не грек,
он славянского славного рода,
он пришел сюда, воспевая
Матерь вашу,
Сва Матерь нашу, -
на твои луга,
о великий Сварог!"
И Сварог небесный промолвит:
"Ты ступай-ка, сын мой,
до красы той вечной!
Там увидишь ты деда и бабу.
О, как будет им радостно, весело
вдруг увидеть тебя!
До сего дня лили слезы они,
а теперь они могут возрадоваться
о твоей вечной жизни
до конца веков!
Той красе ты еще не внимал,
ибо вои Ясуни не знали (?).
Вы же все не такие, как греки,
вы имели славу иную
и дошли до нашего Ирия,
здесь цветы увидели чудные,
и деревья, а также луга.
Вы должны тут свивать снопы,
на полях сих трудиться в жатву,
и ячмень полоть,
и пшено собирать
в закрома Сварога небесного.
Ибо то богатство иное!
На земле вы были во прахе
и в болезнях все, и в страданиях,
ныне ж будут мирные дни".
Мы стояли на месте своем
и с врагами бились сурово,
и когда мы пали со славою,
то пошли сюда, как и те.
И вот Матерь Сва бьет крылами
по бокам своим с двух сторон,
как в огне вся сияя светом,
И все перья Ее - иные:
красные, синие, рыже-бурые,
желтые и серебряные,
золотые и белые.
И так же сияет, как Солнце-царь,
и идет Она близ ясуни,
и так же сияет седьмой красой,
завещанной от богов.
И Перун, увидев Ее, возгремит
громами в том небе ясном.
И вот это - наше счастье,
и мы должны
приложить все силы,
чтоб видеть,
как отсекают
жизнь старую нашу от новой,
так точно, как рассекают
дрова в домах огнищанских.
И Матерь Слава
крылами бьет.
Идем мы под наши стяги,
и это - стяги ясуни!

[Зяма]

ИСХОД ИЗ СЕМИРЕЧЬЯ

8/2-III

Вот прилетела к нам птица, и села на дерево, и стала петь, и всякое перо ее иное, и сияет цветами разными. И стало в ночи, как днем, и поет она песни о битвах и междоусобицах.

Вспомним о том, как сражались с врагами отцы наши, которые ныне с неба синего смотрят на нас и хорошо улыбаются нам. И так мы не одни, а с отцами нашими. И мыслили мы о помощи Перуновой, и видели, как скачет по небу всадник на белом коне. И поднимает Он меч до небес, и рассекает облака и гром гремит, и течет вода живая на нас. И мы пьем ее, ибо все то, что от Сварога, - то к нам жизнью течет. И это мы будем пить, ибо это - источник жизни божьей на земле.

И тут корова Земун пошла в поля синие и начала есть траву ту и давать молоко. И потекло то молоко по хлябям небесным, и звездами засветилось над нами в ночи. И мы видим, как-то молоко сияет нам, и это путь правый, и по иному мы идти не должны.

И было так - потомок, чувствуя славу свою, держал в сердце своем Русь, которая есть и пребудет землей нашей. И ее мы обороняли от врагов, и умирали за нее, как день умирает без Солнца и как Солнце гаснет. И тогда становилось темно, и приходил вечер, и вечер умирал, и наступала ночь. А в ночи Велес шел в Сварге по молоку небесному, и шел в чертоги свои, и к заре приводил нас до врат (Ирия). И там мы о***али, чтобы начинать петь песни и славить Велеса от века до века, и храм Его, который блестит огнями многими, и стояли мы (пред Богом), как агнцы чистые.

Велес учил праотцов наших землю пахать, и злаки сеять, и жать солому на полях страдных, и ставить сноп в жилище, и чтить Его как Отца божьего.

Отцам нашим и матерям - слава! Так как они учили нас чтить богов наших и водили за руку стезей правой. Так мы шли, и не были нахлебниками, а были русскими славянами, которые богам славу поют и потому - суть славяне.


9а-I

В те времена был Богумир - муж Славы, и имел он троих дочерей и двух сыновей. Они привели скот в степи и там жили среди трав, как и во времена отцов. И были они послушны богам, и имели разум, все схватывающий.

И там мать их, которую звали Славуня, им приготавливала все необходимое. И сказала она Богумиру на седьмой день: "Мы должны выдать своих дочерей замуж, чтобы увидеть внуков".

Так сказала она, и запряг Богумир повозку и поехал, куда глаза глядят. И доехал до дуба, стоящего в поле, и остался ночевать у костра. И увидел он в вечерних сумерках, что к нему подъезжают три мужа на конях. И сказали они:

- Здрав будь! Что ищешь ты? И поведал им Богумир о печали своей. А они ему ответили, что сами - в походе, дабы найти себе жен. И вернулся Богумир в степи свои и привел трех мужей дочерям. Отсюда начало трем родам. И соединились они, и славны были. Отсюда идут древляне, кривичи и поляне, ибо первая дочь Богумира имела имя - Древа, а другая - Скрева, а третья - Полева.

Сыновья же Богумира имели имена - Сева, и младший - Рус. От них идут северяне и русы. Три же мужа были, все три - Утренник, Полуденник и Вечерник.

Создались роды те в Семиречье , где мы обитали за морем в крае зеленом, когда были скотоводами. И было это в древности до исхода нашего к Карпатской горе. И было это за тысячу триста лет до Германареха. И в те времена была борьба великая за берега моря Готского, и там праотцы наши возводили курганы из белых камней, под коими погребли мы бояр и вождей своих, павших в сече.

[Зяма]

9б-I

Мы пришли из края зеленого к Готскому морю, и тут растоптали готов, которые были преткновением на нашем пути. И так мы бились за эти земли и за жизнь нашу. А до этого были отцы наши на берегах моря у Ра-реки (Волги). И с великими трудностями для нас мы переправили своих людей, и скот на сей берег, и пошли к Дону, и там готов увидели на юге и Готское море. И увидели мы против себя вооруженных готов и так были принуждены биться за жизнь и проживание свое, когда гунны шли по стопам отцов наших и, нападая на них, людей били и забирали скот.

И так род славен ушел в земли, где солнце спит в ночи, и где много травы и тучных лугов, и где реки от рыб полны, и где никто не умирает.

Готы же были тогда в крае зеленом и немного опередили отцов наших, идущих от Ра-реки, Ра-река - великая, она отделяет нас от иных людей и течет в море Фасисте (Каспийское). Тут муж рода Белояру перешел на ту сторону Ра-реки и упредил там синьских купцов, идущих к фряженцам, поскольку гунны на острове своем под***али гостей-купцов и обирали их.

И было это за полстолетия до Алдореха. А еще раньше, в древности, род Белояров был сильным. И от гуннов торговцы прятались за мужами Белояровыми и говорили, что дают серебро и два коня золота, чтобы пройти и избежать угрозы гуннской, и так пройти мимо готов, также суровых в битве, и дойти до Днепра. И кони у них бесчисленны, и дважды берут они дань. Из-за того купцы, стекавшиеся к нам, вернулись в Китай и не приходили уж никогда более.


5а-I

Вот жертва наша - это мед Сурья о девяти силищ, людьми на Солнце-Сурье оставленный на три дня, затем сквозь шерсть процеженный. И это - есть и будет нашей жертвой богам истинной, какую суть наши праотцы (давали). Ибо мы: происходим от Дажьбога, и стали славны, славя богов наших, и никогда не просили и не молили их о благе своем. И вот боги говорят нам: "Ходите по Руси и никогда к врагам!"

Матерь Сва славу поет нам, чтобы мы воспевали походы на врагов, и мы верили ей, так как эта слава (исходит) от птицы вышней, по небу России летящей от нас. И вот князя нашего избрали, чтобы он заботился о нас. Так как перейдет враг на границу нашу, если он ее не будет оберегать, созывая рать.

А какие мы сами - то Сноп знает, так как мы молили, славу вознося, но никогда не просили Его, и никогда не требовали с Него то, что необходимо нам для жизни.

И вот смотрите на отца нашего Орея, по облакам ходящего, восхищающегося силою кованья Перунова. И видел там Орей, как Перун ковал мечи на врагов. И Он говорил ему во время кования:

"Вот мы имеем стрелы и мечи на воинов тех. И не смейте их бояться, так как повергнут они очи долу, и (число) воинов у них будет уменьшено до количества пальцев на руках, так как к земле они согнутся, и станут зверями, как поросята, измазанные грязью, и смрад свой понесут по следам своим. И будут говорить о них, что они - смрадные поросята и свиньи!"

Так говоря, Перунько ковал мечи. И Орей об этом говорил, и то Орей поведал отцам нашим. И такова была наша борьба за жизнь и бои витязей много веков назад. А ныне поверили, будто все было не так.


За-II

Мы молили Велеса, Отца нашего, чтобы Он пустил в небо коней Сурьи, чтобы Сурья взошла над нами вращать вечные золотые колеса. Ибо она и есть наше Солнце, освещающее дома наши, и пред ним бледен лик очагов в наших домах. И сему богу Огнику Семарглу говорим мы: "Покажись и восстань на небесах и свети аж до мерцающего рассвета!" Мы называем его по имени Огнебоже и идем трудиться. И так всякий день, сотворивши молитву и удовлетворивши тело едой, идем в поля наши трудиться, как боги велят всякому мужу, которому предназначено работать ради хлеба своего. Дажьбоговы внуки - любимцы божеские, и, божий плуг в деснице держа, воспеваем мы славу Сурье, и думаем об этом до вечера. И пять раз в день прославляем мы богов, и выпиваем сурицу в знак благости и общности с богами, которые во Сварге также пьют за наше счастье.

Как воспоем славу Сурье, так золотой конь Сурьи вскочит на небеса. А когда мы приходим домой, потрудившись, там огонь зажигаем и идем ужинать. Говорим, что есть любовь божеская к нам, и затем мы отходим ко сну, ибо день прошел, и настала тьма. Так отдавали мы десятую часть отцам нашим и сотую - властям. И так мы пребываем славными, ибо славим богов наших и молимся с телами, омытыми чистой водой.

[Зяма]

10-II

Богумиру же боги давали земные блага, и их мы не имели. И было у нас по-иному. Старшего в роде мы избирали в князья, который в старое время становился нашим вождем, нанятым в тот раз всеми. Те же князья были долгое время, пока греки не пришли, и не настал этому конец, и (ныне) мы должны обеспечивать из (княжьего) рода потомков, чтобы они правили нами.
А после Богумира был Орей с сынами. А когда гунны затеяли великую войну за образование своей великой земли, мы ушли вон оттуда на Русь.
Ныне пришли иные времена, и мы должны браться за гужи и тянуть вперед. И не будет о нас сказано, что мы оставили наши земли и взяли иные, но скажут о нас, что мы сильно бились за себя.
Борусичи не оставили грекам земли свои и бились за них. В те времена Ра-река (Волга) была границей с иными землями, и тогда возжаждали враги наши идти на нас, и должны мы были бороться за внучат наших, чтобы удержать степи наши и не отдать землю иным.

26-III

И был в те времена осевший огнищанин. И был он благ, и боги дали ему много овец и скота, пасущегося в степях. И было (в степях) много травы, и боги давали его скоту приплод и умножали его.
И вот предстал пред его очами странник и сказал ему, чтобы его сыны пошли в землю иную в край чудесный - туда, где заходит Солнце, туда, где оно спит на золотом одре. И когда прискачет туда всадник, он скажет Солнцу:
"Иди, Солнце, в свои синие луга. Ты должно подняться в колесницу свою и взойти с Зарей на Востоке И, так сказав, скачет он в иные края. И вечер прискакивает вслед за ним. И этот всадник говорит: "Солнце зашло за горы свои и покинуло свою золотую колесницу. И ее ворожеи желают утаить". И тут приближается всадник, скачущий в иные края. И так Заря идет, и несет искры свои, и одежды Дажьбоговы трясет, и искры разлетаются до края небесного.
Так он сказал. И тогда двое сыновей пошли туда, куда заходит солнце, и видели они там много чудес и злачные травы. И возвратились к отцу и сказали ему, как прекрасен тот край.
И многие племена, и роды изъявили желание следовать по тропе той, и пришли они все к тому осевшему (огнищанину).
И тут приказал отец Орей сыновьям своим быть впереди всех родов. И не захотели они делиться на этих и тех. И тогда князь единый повел своих людей на полдень - отец Орей повел их в край морской. И была там сушь великая и пустыня. И пошли они в горы, и там поселились на полвека, и собрали большую конницу, прежде чем идти в края чужие.
И в тех краях воины встали на их тропе, и они принудил? их сражаться и были разбиты. И тогда они поили дальше, и увидели теплые земли, и пренебрегли ими, так как многие чужие племена там сидели. И шли они дальше.
И так боги вели их как своих людей. И добрались они до горы великой. И, повоевав там с врагами, двинулись далее. И с тех пор мы должны были помнить об этом и тянулись за своими, и так же, как отцы наши, очищались мольбой, омываясь, и, умываясь, мольбы творили о чистоте души своей и тела, поскольку это умывание установил для нас Сварог, и Купалец указывал нам на это. И мы не смели этим пренебрегать, к мыли свои тела, и умывали дух свой в чистой воде живой.
И шли мы трудиться, и всякий день мольбы творили, и сурью пили, которую прежде брали. И ее пили пять раз в день и хвалили богов наших радостно, потому что сурья - молоко наше и пропитание наше, и корм, который идет от Коровы к нам, и тем мы живем, и травы злачные варим в молоке, и принимаем каждый свою часть.
И тогда приходили мы к синей реке, стремительной, как время, а время не вечно для нас, и там видели пращуров своих и матерей, которые пашут в Сварге, и там стада свои пасут, и снопы свивают, и жизнь имеют такую же, как наша, только нет там ни гуннов, ни эллинов, и княжит там Правь. И Правь эта истинная, так как Навь совлечена ниже Яви. И это дано Свентовитом, и пребудет так во веки веков.
И это Заребог шел в этот край и говорил нашим пращурам, которые жили на этой земле и страдали повсюду, где приходилось быть и где пережили много зла. И здесь они не имеют зла, они видят зеленые травы. И внимают шелестам по воле божьей, и это счастье для тех людей.
И так мы должны будем увидеть степи райские в небе синем. И эта синь идет от бога Сварога. И Велес идет там править стадами, и ступает по золоту и живой воде, и никому там не надо платить дань, и нет там рабов, и жертву приносят, которую неверные не знают, - дают для моленья виноград, и мед, и зерно.
И так провозглашали мы славу богам, которые суть - отцы наши, а мы - сыны их. И будем достойны их чистотой телес и душ наших, которые никогда не умрут. И не умирают они в час смерти наших тел. И падшему в поле Перуница давала выпить воду живую. И выпивший ее отправлялся к Сварге на белом коне. И там Перунько его встречал и вел в благие свои чертога. И там он будет пребывать в это время, и достанет себе новое тело, и так станет жить, радуясь и творя молитвы за нас ныне, и присно, и от века до века.

[Зяма]

12-II

Когда Сурья сияет, мы поем хвалу богам, а также, огненному Перуну, которого называем губителем-потятичем на врагов. И провозглашаем великую славу отцам нашим и дедам, которые сейчас во Cвapгe. Скажем так трижды и поведем стада свои на разнотравье. А если надо вести скот в иные стели, идем, другую хвалу богам вознося. Славу поем до полудня и возглашаем великую славу Хорсу златорунному, коловращающему Сурью. Пьем ее до вечера, а вечером, если костры сложены, - зажигаем их, и славу вечернюю поем Дажьбогу нашему, которого называем прадедом нашим, и идем мыться, чтобы быть чистыми, и, совершив омовение, отойдем ко сну - и там мы будем объяты великим ничто.


1а-I

Это беспокойная совесть наша причиной тому, что мы своими словами обличаем деяния. И так говорим во истину благое о роде нашем и не лжем!

И ту истину рассказываем о первом господине нашем - с него пошли князи избираемые и сменяемые. Киська же тот шел, и вел родичей по степям со скотом своим на полдень, и туда, где солнце сияет, прибыл. И, придя к нему, отец Орей сказал: "Мы оба имели детей, и мужей, и жен. А старшие имели войны с врагами. И так решали, чтобы племена соединяли овец своих и скот и становились племенем единым. И это же боги предлагают нам. Мы же видели доблесть их с тех пор и во веки вечные".

А когда подсчитывать стали (голоса), одни - рекли, чтобы быть едиными, другие рекли - иначе. И тогда отец Орей отвел стада свои и людей от них. И увел их далеко и там сказал: "Здесь мы воздвигнем град. Отныне здесь Голунь будет, которая прежде была голой степью и лесом".

И Киська ушел прочь. И также увел людей своих в иные места, чтобы не смешались они с людьми отца Орея.

И те предки наши, так сотворив, на землях тех осели. И так Киська отошел со своими людьми и создал землю иную. И там поселились они, и таким образом отделились и отмежевались, и решили быть чуждыми один | другому. Все они хлеб и соль имели и не перечили друг другу. И был Киська тот славен, и люди отца Орея славны, так как в ту пору слава текла к ним и поля знали их мечи и стрелы.


1б-I

И пришли язи в его край, и начали забирать скотину. И тогда Кисек напал на них. Бился с ними сначала день, потом второй, и люди его бились. И грех пришел в те места, и многие ели останки, и людей убивали мечами.

И так сказал отец Орей: "Грешим мы с родичами своими, и потому от мертвых черно и мертвечину едят, что мы сдерживаем себя".(?)

И стало мерзко на сердце Ориевом, и возопил он родичам: "Поддержите Кисека и людей его! Седлайте все коней!" И тогда бросились все на язов и бились с ними до тех пар, пока не разбили их. И тут начали ведать истину, что мы имели силу лишь, когда были вместе - тогда никто не мог одолеть нас. То же истинное, что нас не одолели обоих, ибо мы - русские и себе славу получили от врагов, проклинающих нас.

Они же, видя житье наше, искушались взять братьев наших, и серебро с наших мечей, и гончарные горшки, из которых их сыны ели бы. Но житье наше в степях до конца нашего! Нам предрекали они иную жизнь, а сами нужды в Свете не имеют.

И эта слова наши - суть истина, а их слова ложны, ибо они ложь говорят и не внимают (истине).


7а-I

Кисек (обращался) к людям своим перед нападением, и они возненавидели врагов, и пошли на них, и победили. И это мы имели знак того могущества, которого не могла дать явь врагам. Сами мы были слабыми - и так получили большую силу, а враги не такую большую, ибо мы - русские, а врага - нет.

И там, где пролита кровь наша, - там и земля наша. И это враги знают. И так они стремятся (захватить землю). Но их старания к смерти приведут, как это было в старину во времена отцов наших. Говорили мы эти слова наизусть, и ни одно слово из тех слов не было утрачено. И говорили мы братьям нашим, что сила божеская будет на вас, и вы окончательно победите врагов ваших, которые хотят ваших земель. И тогда они уста свои наполнят, полакав ***кой грязи, и не будут браниться.

Будьте сынами своих богов, и сила их пребудет на вас до конца!

Не имели мы хлеба, чтобы насытить наше чрево, ибо он сожжен огнем. И коровы наши страдали, так же как и мы, пока быстро мы не охватили юг сталью и не стали сильнее врагов наших.

[Зяма]

4г-II

И тот Орей, старый отец, сказал:

"Идем из земли той, где наших братьев убивают. А то они и старого отца забьют, как забивают коров и зверей. Они и скотину нашу крадут, и детей убивают". Как только старый отец это изрек, мы ушли в иные земли, в которых течет мед и молоко. И эти земли искали все три сына Орея. И это были - Кий, Пащек и Горовато, от коих истекли три славных племени. (...) сыновья были храбрыми, водили дружина, садились на коней и ехали... И за ними шли дружины юношей, скот, коровы, повозки с запряженными в них быками... овцы... дети, охраняемые старцами, а также больные люди.

Так шли на юг к морю и мечами разили врагов, шли до горы великой, до долины с травами, где много злаков. И там освоился Кий, который начал обустраивать Киев, ставший русским... вести... пренебрегли злом, и пошли туда, куда Орей говорил... коровы есть... и кровь наша просто...

Русичи, не слушайте врагов, которые говорят недоброе... отец Орей, идам...


7з-II

Так говорим мы, что имеем прекрасный венец нашей веры и не должны мы принимать чужую. И тут князь наш говорил, что мы должны идти к ясуни боярской, чтобы мы предохранили ее от вражеской победы. Рано или поздно наступит время последнего конца, и пусть мы будем иметь силу нашу во степи Матери Солнца.

Она стережет нас (?) и крылья распускает во все стороны, а тела (наши) в середине, и голова ясуни на плечах в венце славном, она не может ее лишиться в сече. Голова (Матери) Сваясунь, и уберегали ее до этого дня. И когда чехи (пошли) к закату солнца с воинами своими и хорваты забрали своих воинов, тогда некоторая часть чехов поселилась с русскими, а также их земля не отделилась, и с ними образовалась Русколань.

Кий же уселся в Киеве. И мы ему подчинились, а с ним Русь собралась воедино, а если будет с нами иная сила (?), то не пойдем на нее, потому что она с Русью.


15б-II

Вначале мы были там, где заходит Солнце, а оттуда пошли к Солнцу до Непры-реки (к Днепру), и взял там Кий укрепленный град, в котором пребывали иные славянские роды. И там мы поселились, огни, зажигая Дубу и Снопу, которые и есть Сварог - пращур наш.

И в тот раз напал на нас новый враг, который в этой сечи кровь пращуров наших пил. И рати свои устремил на них Кий, увидя вражеских воинов. И воины Перуна бросились на них, и тратили силу до тех пор, пока те не побежали, показывая свои зады.

И вот племя язов напало на нас, и сеча была великая, и похищено было все до последнего. И видя это, наши воины говорили:

"Боги наши прогонят врагов наших, ибо Вышень грядет на смертных!" И говорил он нам: "Дети, огораживайте свои города от нападений, чтобы были они суровыми и крепкими! И это Сварог посылает меня к вам... чтобы сила небесная была с вами... также говорил вам... бережет...".


2б-I

И вот отец Орей шел перед нами, а Кий вел русов, и Щек вел свои племена, а Хорев своих хорват, и шли они из земель тех. И так было внушено богами, когда отошли Хорев и Щек отсюда, чтобы мы сели в Карпатских горах. И там были другие города, построенные иными, и нажили иные соплеменники богатство великое.

И вот враги напали на нас, и мы побежали к Киеву-граду и до Голуни, и там поселились, огни свои возжигая до Сварги и жертвы творя в благодарность богам и также себе.

И тут Кий умер, тридцать лет владев нами. А после него был Лебедян, его же называли Славер, и тот жил двадцать лет. Потом был Верен из Великограда - также двадцать. Затем Сережень - десять.

С теми львами побеждали витязи врагов, несшихся лихими тысячами-тьмами на сынов наших и грядущих на нас и на вас.

И тут готы пришли в степи, зло, творя нам. И тогда доблесть получили праотцы наши, боясь за жизнь. И стали славянами, ибо славили богов. И так мы - от богов внуки Сварога нашего и Дажьбога. И тогда мы терпели зло, а прежде силу имели великую и защищались от нашествия готов-врагов почти шесть лет.

И тут ильмеры нас поддержали, и мы побили вражеских витязей. И так десять царей взяли - тех, что были как волки, принявшие львиную храбрость. Когда мы на них напали, те начали хитрить: "Мол, мы - иные!" И для иной брани они мечи сохранили, и стали менять овец и овощи, и клялись (?) самим небом.

[Зяма]

2а-I

Предрешено было в старые времена, чтобы мы сплотились с иными и создали (Русколань?) великую. Рождена была Русколань наша близ Голуни, где стало у нас триста городов и сел - дубовых домов с очагами. Там и Перун наш, и земля наша. И вот птица Матерь Сва поет о дне том. И мы со всеми ждали время оное, когда завращаются Сварожьи колеса у нас. Это время после (песни?) Матери Сва наступит. Говорили мы Матери Сва, когда терпели беды: "Хорошо обороняй землю нашу!" Вендов, которые ушли на запад Солнца и там перед врагами землю пашут и шаткую веру имеют, всегда побеждают из-за иной веры. Боровин же говорил, что он силен, и люди его верят словам тем. А иные сами глупцы изумленные и не верили в это до тех пор, пока не прозрели.

Венды! Вернитесь на земли наши в степи древние? И поглядите на вспаханные поля, которые были бедными до прихода нашего из Пятиречья (Семиречья?), пока от врагов-дасу нами не были очищены. И птица Сва говорит, когда огонь и смерть несется к нам, превращая Голунь в погорелище: "Боги, поливайте и дождем дождите! Ибо та земля бедная, и разоренная, и конями затоптанная, так как язи забирают сыновей ее, протекая на конях по земле".

Это боги сюда в степи посылают демонов-дасу, из-за того, что мы пренебрегаем богами. И мы должны были их слушаться не так, как во времена антов. Те анты многих побеждали мечом, а иные погребены и лежат в домах ваших, которые чужды нам и которые строят по-иному.

[Зяма]

РУСИЧИ В СИРИИ И ЕГИПТЕ

15а-II

Принеся в жертву белых коней, ушли мы из Семиречья с гор Ирийских из Загорья и шли век. И так как пришли в Двуречье, мы разбили там всех своей конницей, и (затем) пошли в землю Сирии. И там остановились, а после шли горами великими, и снегами, и льдами, и притекли в степи со своими стадами. И там скифами перво-наперво были наречены наши пращуры. Правь их охраняла от Нави, ибо в великой борьбе она силы дает отражать врагов.

И вот после этих битв мы пришли к Карпатским горам, и там поставили над собой пять князей, и города и села (строили), и были теснимы многими врагами.


6в-II

Эта земля за Явью. Мы решили строить сто городов: Хорсунь и иные, затем возведенные. Но Русколань раздирали смуты, творившиеся на юге, а борусы на севере много претерпели. Потому что (враги) не хотели нашего породнения, чтобы русские роды соединились. А в Русколани те же два рода оборонялись в Суроже, и звали суренжане русов и борусов на битву и борьбу. И была эта... (суровой?) битва и борьба. И долгая вражда между родами раздирала Русь...

И вот праотцы наши были словно медведи с мечами. И так им в старые времена говорили: делайте железо и берите коней, которые текут от богов к нам.

И так была Русколань сильной и твердой. И было это из-за Перуна, поддерживавшего нас. Сколько раз мы извлекали меч и отражали врагов от себя, ибо вожди Ориевых родов были сильны, как после питья солнечной сурьи.

Было это в старину. В это же время мы не имели единства. И были мы как овца без Велеса... А он говорил нам, что мы должны ходить прямо, и никогда - криво, но мы его не послушали.

Напрасно мы не остерегались, и потому (нас) праотцов забрали и были угнаны русы Набсуром. И случилось это из-за вражеских (нашествий), и напали на нас отсюда и до светлого моря, и пошли мы клонить головы свои под вражеские бичи. И те сильные (враги) на Русь напали с трех сторон. И наши люди пошли под Набсура-царя. А затем ушли в солнечный Египет. И долго в те годы давали мы дань. Но прошли дни, и русы убежали от Набсура! Ибо (мы) праотцы...


6г-II

...не потекли за ним, а пошли к краям нашим. И там мы сложили песни наши об Индре и Валу. И бились мы, как львы... бились вместе с богами, и к своим богам наших отцов не принуждал никто. Единственно к смеху то, что мы должны были платить подать-мыто, и никогда не смели... если дань терпели.

А князем был тогда Набсур, который нас под себя взял. И мы отдавали ему своих юношей для войны, и тогда мы претерпевали побои палками по половым органам, и чреслам, и щекам, и не могли это стерпеть.

Мы не могли так. И говорили, что это нам не по сердцу. И было это в тот день, когда случилось великое землетрясение, и земля вертелась, и многие возносились к Сварге. И тогда кони и волы метались и ревели. И забрали мы свои стада, и бросились к северу, и спасли наши души. И так, если будем мы хранимы богами, не утратим мы своих сынов, дочерей, а также жен, и будем мы просто передавать им наследство. И не будем мы сметены, потому что не пойдем впереди рати (Набсура). И дань будет наша. Мы ходили, словно потомки псов, и могли быть горды, что не берегли себя.

И вот Магура поет песни свои к сече. И эта птица от Индры изошла, ибо Индра был и пребудет навеки тем самым Индрой, который вместе с Перуном все брани (начинает). И было так, и вещала она правду ярую до полуночи (?). И лучше нам погибнуть, нежели быть под данью и жертвы приносить их богам!

[Зяма]

25-III

Были они у Карани, и это был маленький город на берегах морских русских. И там был князь, который повелел бить эллинов и отогнать их от Руси. И он снарядил рать и конницу, и пошел на них, и боролся с ними. А эллины плакали о печали своей и просили, чтобы им платить дань. И собирали с них дань-овец на заклание и вино.

И тогда эллины, видя, что русичи много пьют, решили на них наброситься и побороть их. И пришел волхв на заклание и брат его Соловей. И они сказали русичам: "Не напивайтесь этими дарами!" Но русичи их не послушали. И вот напились. И в тот день эллины набросились на них и разбили их. И, погибель свою видя, русичи отошли в степи.

И там осели, и силы свои собрали, и пошли обратно на врагов, и победили их, ибо боги нас поддержали, и руки наши укрепили, и мы одержали победу.

И вот бьются враги и так говорят, что они расстригут овец и сами будут тем краем владеть, так как он прекрасный, и они его не отдали. И вот мы Триглаву молились великому и малому. И тот Триглав предостерегал нас, и быстро он скакал на коне, врагов поражая. И мы увидели то, что боги берут верх над врагами. И увидели, что убитые богами мертвы. И нам за ними следует убивать и видеть много мертвых тел и то, как великая рать Перунова набросится на них и их разобьет.

И вот Сварожичи слева идут, и принесли они нашу победу в своих руках роду славному, поддержавшему славу отцов. И до сего дня на поле (не могут) противостоять враги могучему (Богу). И вот Желя жалуется над врагами, и Горыня горюет о смерти, в которую повергаются они руками божьими. И вот Карна плачет о тех мертвых, которые стояли на тропе божьей и умерли. И поля эти заполнены мертвыми кощюнниками и отсеченными головами, и членами, отрезанными от тел. И все это лежит на траве, и смрад идет от этого поля. И вороны летят сюда клевать останки мертвых тел, и есть нежное человечье мясо.

И вот Сварог, который создал нас, сказал Орею:

"Сотворены вы из пальцев моих. И будут про вас говорить, что вы - сыны творца, и станете вы как сыны творца, и будете как дети мои, и Дажьбог будет отцом вашим. И вы его должны слушаться, и он вам скажет, что вам иметь, и о том, что вам делать, и как говорить, и что творить. И вы будете народом великим, и победите вы весь свет, и растопчите роды иные, которые извлекают свои силы из камня, и творят чудеса - повозки без коней, и делают разные чудеса без кудесников.

И тогда всякий из вас будет ходить, словно кудесник, и пропитание для воинов будет создаваться с помощью заклятий. Но воины станут рабами многословия, и от многих тех словес вы лишитесь мужества, и станете рабами дани и золотых монет, и за монеты захотите продаться врагам.

И тогда вам боги скажут:

"Любите завет отца Орея! Он для вас - свет зеленый и жизнь! И любите друзей своих, и будьте мирными между родами!"

И с тех пор было семьдесят князей наших, таких как Мезислав, Боруслав, Комонебранец и Горислав. И тогда иных избирали на вече, а других на вече отлучали, если люди не хотели их.

В то время князи много трудились. И был тогда Кышек велик и мудр. И умер он, а после него были иные, и каждый творил что-нибудь хорошее. И русичи это удержат в памяти, потому что мы всегда их славим на каждой тризне. Трижды почитается память их сыновьями, и никто не смеет об этом забыть, так как получит проклятье божеское и человеческое и люди имя его охают навеки.


8/2-III

От морских берегов Готского моря шли мы до Днепра, и нигде не видели иных бродяг, таких же как русские, а видели свободные племена гуннов и языгов. И сами их бояр увидели, которые с нами стали воевать и раздирали нас на части.

От утра до утра мы видели зло, которое творилось на Руси, и ждали, когда придет добро. А оно не придет никогда, если мы силы свои не сплотим и не дойдет до нас одна мысль, которую глаголет нам глас праотцов.

Внимайте ему - и потому ничего другого не делайте! И тогда пойдем мы в степи наши бороться за жизнь нашу, ибо мы - воины княжеские, а не скоты бессловесные, которые не ведают (что творят).

[Orthodox]

Не проще ли было ссылку кинуть?
Лесной С. Откуда ты Русь?
Тут (http://e-lib.info/book.php?id=1120012121&p=0)

[Зяма]

СЛАВЯНСКИЕ ПЛЕМЕНА

6а-I

И были князья Славен с братом его Скифом. И тогда узнали они о распре великой на востоке и так сказали: "Идем в землю Ильмерскую!" И так решили, чтобы старший сын остался у старца Ильмера. И пришли они на север, и там Славен основал свой город. А брат его Скиф был у моря, и был он стар, и имел сына своего Венда, а после него был внук, который был владельцем южных степей.

И крови много там лилось оттого, что была распря великая за посевы и пашни по обе стороны от Дона и до гор русских, и до пастбищ карпатских.

И там они начали рядить и выбрали Кола, и был он для них вождем, а также он отпор врагам творил. И поразил он их, и отбился от них. И о том с родом своим говорил, созвав единое вече, чтобы создалась земля наша.

И после стояла земля та пятьсот лет, а затем началась между русскими усобица, и враждовали мы, и силу тратили и имели между собой беспокойство и разлад. И тогда пришли враги на отцов наших с юга и сразились с Киевской землей за морское побережье и степи. После отошли на север и сговорились с фряжцами, которые тоже пришли на помощь врагам. И в таком положении Скифия оказалась, и сразилась с вражьей силою, и победила ее. И так были гунны попраны, которые на Русь наступали, и были они в тот раз отбиты. И это был знак: мол, если будем то и ныне творить, это же будем иметь.


6б-I

Мы вернулись, чтобы хранить степные пастбища, так же как отцы наши и праотцы, которые пастбища брали, имея свои степи. И они травы свои и цветы умели хранить, кровь свою проливая. И так Голунь нашу мы оставили врагам. И та Голунь кругом (валом) была (окружена?), но враги притекли прямым путем.

И мы должны были наши грады кругами ставить (валами окружать?), так же как и отцы наши, которые в старину боролись за землю нашу. И всякий отрок-воин припадал к земле, и целовал ее, и там же умирал. И на степь нашу не шли воины, потому что куда бы они ни пошли - нигде не нашли бы укрытия.

И это мы говорили о том, как отцы наши боролись. И если мы были тогда повержены - Перун приходил к нам. И он вел нас, и тогда, сколько бы ни было праха на земле - столько было воинов Сварожьих. Это была помощь от рати, идущей от облаков к земле. И это дед наш Дажьбог был впереди их. И как было тогда не победить отцам нашим?

А мы не понимали, мог ли быть он впереди? И так возносили молитву богам нашим, чтобы они поспешили на помощь нам и дали победу над врагами! Молились еще о земле нашей, которая попрана погаными ногами вражескими. И так мы видели, как это было и, как сколоты (?) потекли на оных (врагов), и окунали их в грязь, и не позаботились о ранах вражеских, пока не убили тех, которые на них нападали. О том мы поведали вам!


2а-II

Муж правый не тот, кто совершает омовения и хочет быть правым, а тот, у кого слова и деяния совпадают. Об этом было сказано в древности, чтобы мы всегда творили хорошее, так же как деды наши. И мы вспахиваем полосы и будем со временем весьма славными.

Но Борусь и Русь были разбиты рукой вражеской, и творились тогда злодеяния. И князь наш был немощен, и послал он сынов своих на брань, и полегли они, сраженные врагом, ибо пренебрегли тем, что решило вече. Не уважили (решение) и потому были разбиты, и потому у нас взяли дань.

И не так ли мы решаем ныне: "Князья - суть наши, и не следует им ходить на полдень (на юг), чтобы добывать землю для нас и для наших детей". А там (на юге) греки нападали на нас, как только Борусь от нас отделилась. И была сеча великая, и много месяцев (она продолжалась). Сто раз возрождалась Русь - и сто раз была разбита от полуночи до полудня (от севера до юга).

И так водили скот праотцы наши, и были отцом Ореем уведены в край русский, потому что, оставаясь, претерпели бы многое. И кончились ранения, и не стало холода, как только дошли до сего места и поселились огнищанами на земле русской.

И вот прошли две тьмы, а за этими двумя тьмами пришли варяги и отобрали землю у хазар, на которых мы работали и кому платили дань.

И еще был народ ильмерский, имевший от ста до двухсот краев. Народ же наш позднее пришел из русской земли и поселился среди ильмерцев. И были они нам братья, подобные нам. И даже если они от нас отличались, все же охраняли нас от зла.

И не раз собиралось вече. И то, что было постановлено, то провозглашалось и принималось за истину. А что не было принято, не должно было быть. Избирали мы князя от собрания и до собрания, и так мы жили и им помогали, и было так.

И много мы знали и делали в очагах сосуды гончарные, взяв хорошей земли (глины), а также мы умели разводить скот, как и отцы наши. И пришел на нас злой род. И...

[Зяма]

15а-II

После пошли к озеру Ильмень и там основали Новгород. И отныне мы здесь пребываем. И тут Сварога - первого пращура молили среди рождающихся родников и просили его, ибо он - источник хлеба нашего, - Сварога, который сотворил свет. Он - есть Бог Света, и Бог Прави, Яви и Нави.
И вот имели мы их воистину, и эта истина переборет силы темные и приведет к благу, так же как вела праотцов.

5а-II

Подробнее о начале нашем мы расскажем так.

За тысячу пятьсот лет до Дира прадеды наши дошли до Карпатской горы, и там они осели и жили спокойно, потому что роды управлялись отцами родичей, и старшим в роде был Щеко из иранцев.

И Паркун нам благоволил, и тут мы стали чехами (?) и так жили пятьсот лет, а потом ушли от чехов (?) на восход Солнца, и шли до Непры (Днепра). Река же та течет к морю, и мы у нее уселись на севере - там, где (речка), именуемая Припятью, втекает (в Днепр). И там мы поселились, и пятьсот лет вечем управлялись, и были богами хранимы от многих, называемых языгами.

И было там много ильмерцев - оседлых огнищан. И так мы скот водили в степи и там были хранимы богами. Может: быть, это предвидел отец Орей, - что мы будем иметь много золота и будем жить богато.


5б-II

И вот языцы отошли на полдень (на юг) и оставили нас одних. И так шли мы туда, куда выводят скот и быков наших. И вещали тут птицы Сирины (?), во множестве прилетая к нам. И галки, и вороны над едой летали, и было в степях много еды, так как напало на нас племя костобоких.

И открылись многие раны, и пролилась кровь. Те внезапно отсекали головы врагам своим, и их ели вороны. И так Стрибы свищут в степях, и бури гудят до полуночи. Небезопасна была та сеча великая. Языци и костобокие разили и со злобой утекали и воровали быков наших. И так продолжалась эта борьба двести лет. И наши родичи тогда ушли к ляхам и там осели за сто лет до готов Германареха. А те озлобились на нас, и тут была борьба великая, и готы были потеснены и отогнаны к Донцу и Дону. И Германарех пил вино за дружбу с нами после наших воевод. И так была утверждена новая жизнь.


16-II

Велесову книгу сию посвящаем Богу нашему, который есть наше прибежище и сила. В оны времена был муж, и был он благ и доблестен, и назвали его отцом тиверцев. И тот муж жену и двоих дочерей имел, а также скотину, коров и множество овец. И жили они во степях, где не было мужей для дочерей его... И молил он богов о том, чтобы род его не пресекся.

И Дажьбог услышал мольбу ту и по мольбе дал ему измоленное, так как настало для того время. И вот прошел он между ними и начал ворожить. И наворожил ясну тучу. И тут бог Велес принес отрока.

И мы пошли к Богу нашему и стали Ему возносить хвалу: "Будь благословен, вождь наш, и ныне, и присно, и от века до века!"

Изречено это кудесниками. Они прочь уходили и назад возвратились.


5б-I

И дошли тиверцы до синя моря и Сурожа к вам - и вам сказали:

"Как мы сами помним, в старые времена сплотились анты, от язов (спасаясь). И также было много крови пролито, и на ней Русь стоит, поскольку мы кровь-руду пролили, и так навеки до конца будет. От земли нашей (пошли) славянские племена и роды. И мы славили богов, никогда не прося их, лишь славя их силу. А также величали мы пращура нашего Сварога, который был, есть и пребудет вождем нашим навеки и до конца".


7э-II

Там Перун идет, тряся золотой головой, молнии посылая в синее небо, и оно от этого твердеет. И Матерь Слава поет о трудах своих ратных. И мы должны ее слушать и желать суровой битвы за Русь нашу и святыни наши. Матерь Слава сияет в облаках, как Солнце, и возвещает нам победы и гибель. Но мы этого не боимся, ибо имеем жизнь вечную, и мы должны радеть о вечном, потому что земное против него - ничто. Мы сами на земле, как искра, и сгинем во тьме, будто не было нас никогда.

И так слава отцов наших придет к Матери Славе, и пребудет в ней до конца веков земных и иной жизни. И с этим мы не боимся смерти, ибо мы - потомки Дажьбога, родившего нас через корову Земун. И потому мы - кравенцы (коровичи): скифы, анты, русы, борусины и сурожцы. Так мы стали дедами русов, и с пением идем во Сваргу Сварожью синюю.

В старые времена рыбоеды нас оставили, не желая идти в наши земли и говоря, что им и так хорошо. И так они погибли и не стали плодиться с нами, умерли, потому что от неплодных ничего не осталось. И неизвестно (ныне) о тех костобоких, которые ждали помощи от самой Сварги и перестали трудиться, и вышло так, что они были поглощены лирами. И тут мы сказали, что это, правда, что ничего от них обоих не осталось, так как лиры были поглощены нами - и не имеем мы теперь их.

И так дулебы повернули от нас на Борусь. Мало осталось лиров, и они были наречены нами ильмерцами, потому что поселились они возле озера. Тут венды уселись дальше, а ильмерцы остались там. И так их было мало.

И говорила Сва в поле нашем, и била крыльями Матерь Сва, и пела песни к сече, и та птица не есть Солнце, она - та, из-за которой все стало (?).

[Зяма]

ВОЙНЫ С ГРЕКАМИ И РИМЛЯНАМИ

1-II

Напрасно забываем мы доблесть прошедших времен и идем неведомо куда. И там мы смотрим назад и говорим, будто бы мы стыдились познавать обе стороны Прави и Нави и быть думающими. И вот Дажьбог сотворил нам это и то, что свет зари нам сияет, ибо в той бездне повесил Дажьбог землю нашу, чтобы она была удержана. И так души пращуров сияют нам зорями из Ирия... Но греки нападают на Русь и творят злое во имя их богов. Мы же сами - мужи, не ведающие куда бежать и что делать. Ибо что положено Дажьбогом в Прави, нам неведомо.

А поскольку битва эта протекает в яви, которая творит жизнь нашу, а если мы отойдем - будет смерть. Явь - это текущее, то, что сотворено Правью. Навь же - после нее, и до нее есть Навь. А в Прави есть Явь. Поучились мы древней (мудрости), вверглись душами в это, поскольку это вокруг нас сотворено силой богов. Это мы узрели в себе, и это дано как дар богов, и это требуется нам, ибо (делать) это, - значит, следовать Прави (?).

И вот души пращуров сияют нам из Ирия. И там Жаля плачет о нас, и говорит нам, что мы пренебрегали Правью, Навью и Явью... Пренебрегали мы сим и были глухи к истине... И мы недостойны быть Дажьбоговыми внуками. Ибо лишь моля богов да имея чистые души и тела наши, будем иметь жизнь с праотцами нашими, в богах слившись в единую Правду. Так лишь мы будем Дажьбоговыми внуками.

Смотри, Русь, как велик ум божеский, единый с нами, и ему творите (славу), и провозглашайте ее с богами воедино... Бренная есть наша жизнь, и мы сами - также, и, словно коням нашим, нам придется работать, живя на земле с тельцами и овцами в сытости и убегая от врагов на север.


19-III

И вот виделось в Нави: там Огнебог влачась, уходил от причудливого Змея. И, затопляя землю, текла кровь из Змея, и он лизал ее.

И тут пришел сильный муж, и рассек Змея надвое - и стало два (Змея), и рассек еще раз - и стало четыре. И этот муж возопил богам о помощи.

И те пришли на конях с неба и того Змея убили, потому что сила его не людская, не божеская, а - черная. И этот Змей - суть враги, приходящие с юга. Это боспорские воины, с которыми наши деды сражались. Они хотят, чтобы земля наша отошла к грекам, но мы ее не отдадим, потому что она наша, и мы не упустим ее. А сотворенный тот Змей - есть погибель наша.

Мы должны сражаться и животы положить за землю нашу. Она тянется от нас до полян, и дреговичей, и русов, тянется до моря и гор, до степей полуденных. И это есть Русь. И только от Руси мы имели помощь, потому что мы - Дажьбоговы внуки. Мы молили Патара Дыя, чтобы он низверг огонь, чтобы он позволил Матери Сва славу принести на крыльях своих праотцам нашим.

И ей мы песни поем возле костров вечерних, где мы рассказываем старыми словами о славе нашей, о святом Семиречье нашем, где мы имели города, где отцы наши сражались. И ту землю мы покинули, идя к земле иной, где мы должны теперь удержаться. И в древности мы взяли Голунь нашу, и в этой земле сотворили и города, и села, и очаги.

И вот омоем телеса наши и души наши, чтобы была чистою Русская Голунь, где сильно бьются и на врагов наводят страх и изумление. Ибо от пастбищ, где овцы ходят, простирается земля на день пути от нас до иных, где творится иное, где были мы в старые времена, где одолели нас. И там мы узрели руку, угрожающую нам, и видели суровый день, который хотел крови. И мы ее прольем на землю свою русскую... В русских городах камни вопиют нам, и мы решились идти и смотреть смерти (в глаза)...

Почтите сына моего, который умер за нее.


4г-II

В Суроже свет будет над нами. И мы идем туда, где видим горящую землю... у Лукоморья всякий день обращаем взор к богам, которые есть - Свет. Его же мы называем Перун, Дажьбог, Яр и иными именами. И поем мы славу богам и живем милостью божьей, до тех пор, пока жизнь имеем.

В Суроже были враги наши, которые змеями ползли и грозили нам болями, и смертью, и лишением живота. И всем им явился бог сильный, и бил их мечом-молнией, и они испустили дух.

И Сурья светит на нас и к нам, и все увидели сначала, как славу Сурьи застилает Дедова тень, приносящая зло, и как от той тьмы изошло злое племя демонев-дасу. И то злое племя на пращуров наших натекло, и напали они, и потому многие ушли и умерли.

[Зяма]

22-III

Также расскажем о том, как Квасура получил от богов тайну - как приготавливать сурину. И она - есть утоление жажды, которое мы имели, и мы должны на Радогоще около богов радоваться, и плясать, и венки подбрасывать к небу, и петь, славу богам творя.

Квасура был мужем сильным и от богов вразумляемым. И тут Ладо, придя к нему, повелела вылить мед в воду и осуривать его на Солнце. И вот Солнце-Сурья сотворило то, что он забродил и превратился в сурицу . И мы пьем ее во славу божью.

И было это в века докиевские, и муж тот был во сто крат весьма выделен (богами), и передал он (тайну) отцу Богумиру (Благомиру), и тот получил поучение небесное, как творить квасуру, которую называют сурыня. И это (мы вспоминаем) на нашем Радогоще.

И вот когда наступают дни Овсеня, мы. оканчиваем жатву и радуемся этому. И если иной не удержит своего естества в этот раз и скажет безумное - то это от Чернобога. А другой получит радость и это от Белобога.

И так мы должны искать друзей и врагов... Куя мечи наши на силу вражью, мы получаем силу божескую, чтобы поразить врагов наших с обеих сторон. И этот Богумир сурью сотворил, когда те предрекли ему славу. И были они, и она (суръя) была, когда боги рекли ему хвалу... И вот установили они роды для себя, и потому боги - причина родов, и так стали иметь они родные те роды,

И теперь Сварог - Отец, а прочие - суть сыны его. И мы должны были покоряться ему, так же как покорялись родителю, потому что Он - Отец нашего рода. И этот род -воины от Кия до князей киевских. И когда после готской войны обрушилась Русколань, мы ее оставили, и притекли к Киеву, и уселись на земле той, где мы вступили в борьбу со степными врагами. И тут мы оборонялись от них.

И так было через тысячу триста лет после века Кия, через триста лет после жизни в Карпатах и тысячу - после основания Киева. Тогда одна часть ушла к Голуни и там осталась, а другая (дошла) до града Киева. И первая - это русколаны, а другая - те, которые сурень чтили, ходили за скотом и стада водили десять веков по земле нашей (т. е. сурожцы?).

И вот та Голунь была градом славным и имела триста городов сильных. А Киев-град имел меньше: десять городов на юге, немного сел - и все. А до этого все роды их были в степях на юге, они сеяли, жали жито. И там отдавали (продукты) грекам в обмен на золотые цепи, монеты и ожерелья. И сами носили их в обмен на пиво и вино грекам и разводили овец для этого обмена.

И те русы создали на юге град сильный Сурож , который не создать грекам, но они его разрушили и хотели русских побить, и потому мы ходили на них и разрушали села греческие. Эллины же сии - враги русколанам и враги богам нашим. В Греции ведь не богов почитают, а людей, высеченных из камня, подобных мужам. А наши боги - суть образы.

И когда бились с готами, которые надевали на головы свои воловьи и коровьи рога, и кожами облекали чресла свои, и мнили этим устрашить русских, тогда мы снимали свои портки, и, оголя чресла свои, шли в бой, и их побороли. И с тех пор мы ходим оголенными на сражения и побеждаем.

И также, когда греки стояли, боясь вынуть меч из ножен, они были измождены своим одеянием, и были словно жертва, которая должна пасть на землю, и та будет пить ее кровь, когда из нее при умерщвлении будет исходить жизнь.

[Зяма]

8/3-III

Когда наши пращуры сотворили Сурож, начали греки приходить гостями на наши торжища. И, прибывая, все осматривали, и, видя землю нашу, посылали к ним множество юношей, и строили дома и грады для мены и торговли.

И вдруг мы увидели воинов их с мечами и в доспехах, и скоро землю нашу они прибрали к своим рукам, и пошла иная игра. И тут мы увидели, что греки празднуют, а славяне на них работают. И так земля наша, которая четыре века была у нас, стала греческой. И мы сами оказались как псы, и выгоняли нас оттуда каменьями вон. И та земля огречилась. И теперь мы должны были снова ее доставать, проливая кровь свою, чтобы она опять стала родной и богатой.
И летела в небе Перуница, и несла рог славы, и мы его выпили до дна. И витязей у нас стало в десять раз больше, чем у врагов наших. И та Перуница сказала:
"Как же вы, русские, проспали пашню свою? С этого дня вы должны бороться за нее!" И тогда Сурья сказала: "Идите, русские, и делайте это!" И когда мы пришли в край свой, то ударились в (городскую) стену, и проделали в ней дыру для себя и для наших, и оказались тогда сами у себя. (И решили:)
"Кому присудил Перун, тот попадет в рай - есть яства вечные в Сварге. Быть может, мы сегодня погибнем, но мы не имеем иных ворот к жизни. И лучше быть мертвым, чем быть живым и рабствовать на чужих. И никогда не живет раб лучше деспота, даже если тот ему потакает. Мы должны были слушаться князей наших и воевать за землю нашу, как они говорят нам".
И тут Индра пришел к нам, чтобы мы сохранили свою силу в бою и стали твердыми, чтобы витязи наши одолели, ибо сила наша - божеская, и нам не быть побежденными на поле.
Принесли мы жертвы богам своим на Руси, и гадали, смотря на полет птиц, и увидели, что враги должны быть повержены долу в прах и в кровь. И если мы кольцо (стен) пробить осмелимся, то за ним окажутся греки, которые не имеют силы, ибо они обабились - и мечи имеют тонкие, и щиты легкие, и скоро они устают и на землю бросаются по слабости своей. И не успеют получить помощь от василийцев, и потому они должны будут сами встать на защиту свою.

И та Сурож нашей была - и станет нашей, и не должны мы их слушать. Они говорили, что установили у нас их письменность, чтобы мы приняли ее и утратили свою. Но вспомните о том Иларе, который хотел учить детей наших и должен был прятаться в домах наших, чтобы мы не знали, что он учит наши письмена и то, как приносить жертвы богам нашим.

И я вам поведал о том, что вы победили греков. И будет так, как было, ибо я ясно видел Кия - отца нашего, и он сказал мне, что мы уничтожим их, и унизим Хорсунь - для нас постыдную мерзость, и будем великой державой с князьями нашими, городами великими, несчетным железом, и будет у нас без числа потомков, а греков уменьшится, и будут они на былое дивиться и качать головами.
Делайте так, ибо будут у нас и грозы многие, и громы гремящие, и два (княжества) объединятся, и встанет другое новое. И так мы победим окончательно, утвердимся навеки. Многое дадут нам боги, и ничто нас не унизит. Встаньте, как львы, - один за одного! И держитесь за князя своего. И Перун будет с вами и даст вам победу.
Слава богам нашим до конца веков! И земле той - Руси отцовской, земле нашей - всяких благ! И так будет всегда, ибо эти слова от богов.


21-III

И вот храбрый поборол ту злую силу - обе сотни опоясанных воинов. И мы должны были сохранить порванные одежды и поставили для богов хранилище. И приходили к стене дубовой и к другой стене - и там хранили подобия наших богов. Мы имели много хранилищ в Новгороде на реке Волхове, имели и в Киеве-граде в Божьих лесах. А также имели на Вольши дулебское хранилище и в Суроже на синем Сурожском море.

И это великое оскорбление для нас, что в сурожских хранилищах, добытых врагами, боги наши повержены во прах и должны валяться, так как русичи не имеют сил, чтобы одолеть врагов в бою. И мы имели рваные одежды такие же, как у странника, который ходил ночью по лесам и порвал одежду свою на куски. Также и русские имели лохмотья на теле русском. И мы не берегли одежды, лишь стремились славить богов, которые не приемлют от нас жертв, потому что они раздражены нашей леностью.

И все же птица Матерь Сва славу нам предрекла и молила нас уберечь славу отцов. Не имели мы дерзости двинуться на рать и мечами своими взять землю нашу, очистив ее от врагов. И вот тысячу триста лет мы храним наши святыни, а ныне жены наши говорят, что мы блаженные, что мы утратили разум свой и стоим мы как агнцы перед врагами. Что не смеем пойти на брань и мечом разить врагов наших.

И вот грядет к нам Купала и говорит нам, что мы должны стать воинами с чистыми телесами и душами нашими. И пошли мы по стопам его, который пришел к нам и, нас охраняя, повел к суровой битве. И там мы (погибнув) предстали б пред ликом Сварога. И так, идя к сече, мы хвалили богов наших перед бранью, как в мирные дни. И вот Купалич сказал нам, что мы достигли оное время, и будем теперь почитаемы за славу свою, и также с отцами нашими пребудем.

[Зяма]

7ж-II

И мы ведали, что русский род должен собираться в десятки и в сотни, чтобы напасть на врагов и снять с них головы. И тогда злые полягут, и звери хищные, их поев, сдохнут.
И бьет крыльями Матерь Сва, славу поет та птица воинам борусинским, которые от римлян пали около Дуная возле Троянова вала. И они на прямом пути к тризне полегли, и Стрибоговы внуки пляшут над ними, и плачут о них осенью, а студеной зимой о них причитают. И голуби дивные так говорят, что погибли они славно, и оставили земли свои не врагам, а своим сыновьям. И так мы потомки их, и не лишимся мы земли нашей, не отдадим ее ни варягам, ни грекам.

И тут Заря Красная пришла к нам, как жена благая, и дала нам молоко, чтобы крепость и сила наша удвоилась. Ибо Заря возвещает Солнце. И также слышали мы, как скачет вестник на коне к солнечному закату, чтобы направить золотой челн к ночи, чтобы (солнечный) воз был смирными волами влеком по синей степи. И там же Солнце ляжет спать в ночи. И когда день приходит к вечеру, другой наездник появляется и так говорит Солнцу, что воз и волы готовы и о***ают его на отмеченном пути, и что Заря пролилась в степь, и позвала Мать, чтобы Сва поспешила...


8/2-III

И тут пришла Красная Заря, нанизывая драгоценные камни на убранство свое. И ее мы приветствовали от сердца - как русские, а не как греки, которые не знают о богах наших и говорят злое по невежеству.

Но мы имеем имя славы - и славу ту доказали на вражьем железе, когда приходили на их мечи. И даже медведь остановился, чтобы услышать славу ту, и скакавшие аланы остановились и потом говорили иным о русских:

"Они не начали бы убивать, если б не было нужды, - и этим русские гордятся, а греки воюют ради похоти своей. И дают хлеб они не так, как греки, которые берут, а сами злобу таят на дающих".

И о славе той орлы кличут во все стороны, ибо русские вольны и сильны в степях.


7а-II

Слава богам нашим!

Мы имеем истинную веру, которая не требует человеческих жертв.

Это же делается у варягов, приносящих такие жертвы и именующих Перуна - Перкуном. И мы ему приносили жертвы, но мы смели давать лишь полевые жертвы, и от трудов наших просо, молоко, жир. А также подкрепляли Коляду ягненком, а также во время Русалий в Ярилин день, а также на Красную гору. Тут же мы начинали вспоминать о Карпатских горах. В то время наш род именовался - карпени. Те, которые от страха жили в лесах, именовались по названию - древичи, а на полях мы назывались - полянами.

Так всякий, который слушает греков, скажет про нас, что мы людоеды. Но это - ложная речь, поскольку это воистину не так! Мы имели иные обычаи. Тот же, кто хочет победить другого, говорит о нем злое, и тот - глупец, кто не борется с этим, потому что и другие это начнут говорить.

И так мы долго управлялись родами, и старшие из всякого рода шли судить родичей под Перуновым древом. И также имели мы в тот день игрища перед очамя старших: и силу юноши показывали, они быстро бегали, пели и плясали. В тот день огнищане ходили на промысел и приносили дичь старцам, которые делили ее с прочими людьми. И волхвы жертву делали богам, восхваляли их и славу провозглашали.

Во время же готов, или когда появлялись варяги, избирался князь в вожди. И этот вождь вел юношей к суровой сече. И вот римляне, поглядев на нас, замыслили злое. И пришли со своими колесницами в железных бронях и напали на нас. И потому мы долго оборонялись от них и отваживали...


7б-II

... их от нашей земли. И ромеи узнали, как мы дорожим жизнью нашей, и потому оставили нас. Но тогда греки захотели биться с нами около Хорсуни . И бились мы сурово против рабства нашего, и была борьба и распря великая тридцать лет, и они оставили нас.

И тогда греки пришли на торжища наши и сказали нам: "Обменивайте коров ваших на мазь и серебро, которые требуются женам и детям". Так мы меняли бороны на их снедь. После еды греки старались нас ослабить, и стремились взять с нас дань. Но мы не ослабились и не отдали землю нашу, как и землю Трояню не дали ромеям. Дабы не встала Обида Дажьбоговым внукам, беспокоящимся о вооруженных врагах.

Так и сегодня мы не заслуживаем хулы, как и отцы наши, ибо мы рубились у берега Готского моря и тут одержали над ними победу.

Песнь хвалебную поет Матерь. Она - прекрасная птица, которая несла пращурам нашим огонь в дома, а также агнца принимала.

Над готами, болью нашей, мы одерживали верх силой. И должны мы врагов рассекать и прогонять их, как псов.

Погляди, народ мой, как мы оберегли (иные) народы. И мы не ошиблись, получая раны, и не бросились рядиться. А мы сами врагов прогоняли, и беду избыли, и имели иную жизнь, потому что сами бились за сто городов и не отходили от них. И тягчайшее поражение было нам, но мы тысячу пятьсот лет должны были переносить многие битвы и распри, а все же остались живы из-за свирепости и жертвенности юношей и воевод.

[Зяма]

23-III

И вот пришли новояры от старых пашен, где были такие же русские. И они пришли на юг и сражались в степях десять веков. И это также русские, которые избирают своих князей. Это делалось в каждом роде, а роды давали от каждого племени своего князя, а князи избирали старшего князя. И тот был вождем в сражениях. И так мы жили в земле той до тех пор, пока враги не пришли к нам и не разбили нас.

Это Греция пришла на ту землю, и осела на ней, и не заботилась о Руси. И вот русы вынули мечи, и напали на греков, и отогнали их от своих морских берегов. И тогда греки привели рати, защищенные железными бронями. И была сеча великая, и вороны там граяли при виде человечины, разбросанной по полю. И ели они останки, и великий грай стоял в поле том. И ели они останки греческие, русские не трогая. Там они защиту имели, так как боги не желали гибели русских.

И там сражалось Солнце с Месяцем за землю ту. И Небо сражалось за поле битвы, чтобы земля та не попала в руки эллинские, а осталась русской. И там плачет мать о детках своих, которые пролили кровь на поле сражения, и то поле стало русским. Новояры находятся там до сего дня, а земля та - наша из-за крови, пролитой мечами. И там сказали эллины нашему старшему князю, что они не хотят ходить в землю неров (невров?), а также брать рабов аланских, ибо имеют берега морские (и этого достаточно).

И про это мы имели предсказание в наши дни - поскольку праотцы наши, умершие на поле битвы, не взяли землю у врагов наших, значит, и сегодня, согласно предсказанию, ее никто не возьмет. И вот Германарех пришел на север к нам, и мы должны были оборонять земли свои, а также идти на него, ибо готская земля - наша. Ее белогоры сеяли и усеивали костями своими и кровью своей поливали - и потому она наша.

И вот поет птица Матерь Сва и славу предрекает нам: нам самим и мечам нашим. И мы пошли до святого поля, и одолели врагов полночных (северных), и отразили врагов полуденных (южных). И пошли на врагов и сошлись с ними, и были германцы повержены русскими, потому что мы - Отца нашего Перуна сыны и Дажьбога внуки.

И вот Сварог указал нам, куда ушли эллины и Германарех. И тот Германарех отошел на север, а эллины на юг. И так мы обрели землю нашу и собрали ее воедино, и не давали мы сыновей своих, ибо цены не имеют сыны наши.

И вот идет в степи наши великое множество иных родов, и не должны мы быть мирными, и не должны просить помощи, ибо она в мышцах наших и на конце мечей, и ими мы сечем врагов.

И это поет птица Матерь Сва нам, чтобы мы подняли мечи свои на защиту свою. И она бьет крыльями о землю, и прах поднимается к Сварге. И на этой земле - враги, и она бьет их, и она сражается за нас. И их мы одолели, как она нам кричала, ибо крик ее был в сердце нашем. И мы ведали, как вить сурью и идти до сечи, и там одолевали питье иное, сотворенное богами. И оно будет нам, как живая вода в последний час великой тризны, которая будет у всякого, кто умер за землю свою.

И вот Сварожич смотрит на нас от своей чудной Сварги и, видя рати наши, пересчитывает их. И если не хватает для счета пальцев на руках, то он считает по пальцам на ногах. И ведает Пращур наш, что мы - сила великая и не могут одолеть нас враги наши.

И так мы текли на них и до***ались, пока они упадут на землю и умрут от Мары. А эту Марь мы знаем! И вот говорили мы в сердцах наших, что не вернемся мы к очагам своим, доколе еще враги рыщут, доколе не бросимся телами нашими на врагов, пока еще враги забирают земли наши. И говорим мы, что боги заботятся о нас. И если будут убиты передовые воины, то лучше детей своих бросить на копья, чем повернуть зады Врагам нашим.

И вот люди наши одержали победу, и потекла земля чаша к нам, чтобы мы смогли удержать ее до смертного часа и узреть Мару. И чтобы Мара отступилась от нас и сказала, что я не имела силу и потому не одолела витязей русских. И тогда слава потечет к Сварге. И там боги скажут, что русичи - храбрые, и есть им место подле бога войныПеруна и Дажьбога - их отца.

[Зяма]

8а-I

Посмотрите вокруг - увидьте птицу ту на челе вашем! И та птица поведет вас к победам над врагами, ибо вы - сыны ее и потому одержите победу!

И она, красуясь перед нами, влекла нас к себе светом. И так было в иные времена, когда русские шли с вендами и те хотели унести богов своих к морю.

И мы там угнездились. И там были города и храмы-помолья, и там же были многие здания, и были мы богаты. И те помолья были украшены златом и серебром, и мы почитали многих деревянных богов и уходили от искушений. И это было ведомо иным, которые видели это, которых это задевало и им перечило, - и потому родичи наши не имели покоя. Арабы приходили и терзались на торжищах о богатстве и дани, дающейся навсегда поселившимся там отрокам (рабам и воинам).

И та земля, говорят, также опротивела нам войнами и трудной жизнью. И тогда мы отошли к горам Карпатским, ища покоя, но и там также мы враждовали с злыми язычниками. Там пели мы, что мы русские, и о славных днях тех. И имеем мы песни те от отцов наших - о прекрасном житье в степях и славе отцов.

И вот воевода Бобрец повел русских в Голунь и обрел после смерти чин в храбром войске Перуна. Это мы не забудем никогда, ибо мы - сыны отцов наших и имеем любовь к их памяти. И мы говорили о них, так как они были силой нашей, и силы той, что шла к нам от них, даже у львов нет, а львиную мы перемогли.

Мы сказали...


8б-I

...о тех, которые заботились о нас.

Мы тогда не имели мольбищ и служили перед колодцами и родниками, где текла живая вода. И там волшебство есть, и волки хищные туда не заходят. Теперь вспомним времена Алдореха. Его призвал жрец, так как мы не радели о благочестии (?) и не держали слово. И красавиц наших тогда внезапно брали и похищали - и увозили девушек. А между нами были распри из-за готов. И там мы жили, и были под готами.

А в те века мы управлялись родами и князьями. И был князь Бравлин, который отобрал у эллинов берега морские. И после битвы мы пришли жить туда, и там разводили скотину, и скифам давали попасти скотину в степях. И тогда терпели беду они, потому что греки снова сидели в Голуни, а когда приходили в города - злобствовали на нас. В те времена мы ушли прочь на север и там были двести лет, и там мы остались с тех пор и доныне.

И сейчас мы имеем другого князя Бравлина, правнука своего деда, который говорил: "Идите на юг, на греческую Голунь! Ибо греки между эллинами - племя особое, и продают они нас, поймав в степях, и скотину нашу хотят взять задаром. Это мы имели от них. Стряхните же их в море и гоните в свои края, так как земля та русская, и там русская кровь лилась вниз на землю, и та пила кровь нашу. На нас надейтесь! И мы будем ее защищать во все дни, как и ранее хотели".

[Зяма]

Саньтии Веды Перуна (Книга Мудрости Перуна) одно из древнейших Славяно-Арийских Священных Преданий, сохраненных Жрецами-хранителями Древнерусской Инглиистической церкви Православных Староверов-Инглингов.

Предисловие

Издание Древнерусской Инглiистической церкви Православныхъ Староверовъ-Инглинговъ.
Асгардъ Ирийский (Омскъ), Лето 7500 от С.М.З.Х.

Саньтии в подлиннике, лишь визуально можно назвать Книгой, т.к. Саньтии - это пластины из благородного металла, не поддающегося коррозии, на которых начертаны Древние х'Арийские Руны. Древние Руны это не буквы и не иероглифы в нашем современном понимании, Руны - это тайные Образы, передающие огромный объем Древних Знаний. Эта древняя форма письма не исчезла, как другие древние алфавиты, буквицы и азбуки в глубинах веков и тысячелетий, а продолжает оставаться основной формой письма у Жрецов Древнерусской Инглиистической церкви. В древние времена х'Арийская Руника послужила основной базой для создания упрощенных форм письма: древнего Санскрита, Черт и Резов, Деванагари, германо-скандинавской Руники и многих других.

Чтобы х'Арийская Руническая форма письма сохранилась и далее, для наших потомков, она преподается в Семинариях Древнерусской церкви, дабы Древняя Мудрость не сгинула в Безвременьи, а передавалась из поколения в поколение.

Саньтия состоит из 16 шлок, каждая шлока содержит 9 строк, в каждой строке 16 рун, на каждой пластине 4 шлоки, по две с каждой стороны. Девять Саньтий на 36 пластинах - составляют Круг, и эти пластины, содержащие 144 шлоки, скреплены 3 кольцами, которые символизируют три Мира: Явь (Мир людей), Навь (Мир Духов и Душ Предков), Правь (Светлый Мир Славяно-Арийских Богов).

Саньтии имеют содержательную форму диалога и были записаны около 40000 лет назад. В Первом Круге рассказывается о том, какие Заповеди дал народам Великой Расы и потомкам Рода Небесного Бог Перун, о предстоящих в будущем событиях на протяжении Сварожьего Круга и Девяносто Девяти Кругов Жизни" т.е. 40176 лет, и многое другое.

Первый перевод с х'Арийской Каруны (древнего х'Арийского языка) был сделан в Лето 7452 от Сотворения Мира в Звездном Храме и Лето 12952 от Великого Похолодания (1944 г. от Р.Х.) для вновь возрождаемых Славянских Общин на территории Беловодья или как говорится в Саньтиях - Святой земли Расы (совр. территория от Урала до Байкала, и от Северного океана до Монгольского Алтая). Название Беловодье произошло от древнего названия реки Ирий (совр. река Иртыш - Ирий тишайший, Ир - тишь), в древнем языке есть руна Ирий, образное значение которой - белая, чистая вода.

При переводе использовалась русская форма письма обеспечивающая более полное раскрытие образа Древних Рун, а не советская, искаженная в 20-30 годах ХХ века. Многие слова даются в первоначальной основе, т.к. ни в русском, а тем более в советском языке аналогов данным словам и образам нет.

Новое издание повторяет первый перевод Саньтий Веды Перуна и также предназначено для вновь возрождаемых Славяно-Арийских Общин.

В переводе Саньтий принимали участие несколько Жрецов, поэтому звучание Саньтий разнообразное, но смысл их неизменен. В данном издании нет комментарий, а есть только пояснения отдельных слов, т.к. все разъяснения могут дать только Жрецы-Хранители или Капен-Инглинги т.е. Хранители Древней Мудрости при Славяно-Арийских Капищах и Святилищах (Храмах).

Многоточия и строки из точек означают, что в этих местах содержится такая информация, которую еще рано давать в открытой форме, т.к. Древние Знания, предназначенные для служения Добру и Правде, нельзя использовать во Зло...

Любая перепечатка, полная и частичная, без разрешения Совета Старейшин Древнерусской Инглиистической церкви Православных Староверов-Инглингов - ЗАПРЕЩЕНА!

Сие издание предназначено только для познавательного, внутри Общинного и Капищного (Храмового) пользования.

От Асгардского (Омского) Духовно-Цензурного Комитета печатать дозволяется. Одобрено Советом Старейшин Древнерусской Инглiистической церкви Православных Староверов-Инглингов.


Лета 7500 (13000) месяца Рамхатъ 6 дня. Круг Первый.

[diks]

Опять кацапская пропагнда:mad:

[Зяма]

О детях в старообрядческих общинах
Библиотека родителей Наследие предков пн, 19/11/2007 - 12:56
Предлагаем вашему вниманию документальный очерк Олега Гусева о его впечатлениях пятидесятилетней давности от встречи со старообрядцами, "... они в полной мере сохранили общинные нравственные ценности, по которым когда-то жил Русский народ многие и многие тысячелетия...

В феврале 1961 года, окончив Хабаровский лесотехнический техникум по специальности «техник-механик», я получил распределение в Комсомольский-на-Амуре леспромхоз. Отдел кадров записал меня в «слесари 3-го разряда по ремонту трелёвочных тракторов» и перенаправил в самый дальний его лесопункт.

От Комсомольска-на-Амуре около полусуток надо было ехать в северном направлении по оставшейся с конца 1930-х гг. недостроенной ветке БАМа в вагоне дореволюционного образца. Я благоразумно не буду называть этот рабочий посёлок-лесопункт, чтобы не беспокоить всуе проживающих в 14 километрах от него моих знакомых старообрядцев. Их посёлок расположен на берегу Амгуни в её верхнем течении. Они не были здесь старожилами, а прибыли кружным путём с севера Маньчжурии. В Маньчжурию они ушли, спасаясь от коллективизации, начавшейся в Приморье в начале 1930-х гг. (тогда они жили по среднему течению реки Бикин). В Маньчжурии поселений старообрядцев было много. Мао Дзэдун, придя к власти, предложил им выехать из Китая. К старообрядцам стали наезжать работники посольств в Китае из Аргентины, Канады, Бразилии, США и предлагать свои страны в качестве прибежища. Появились люди из посольства СССР, наобещали многое. Им никто не верил. Однако несколько родов-семей ближайших родственников, насчитывающих от 80 до 100 человек, всё-таки согласились вернуться на Родину.

Как только эшелоны старообрядцев с имуществом и скотом пересекли границу СССР, они были окружены подразделениями НКВД. Всё добро было конфисковано. Оставили столько, сколько тогда было положено по колхозным нормам. Для поселения выделили в Сибири такие неудобья, которые там трудно найти. К счастью, в русле начавшейся вскоре хрущёвской «оттепели» старообрядцам удалось выговорить у властей место на Дальнем Востоке, на берегу Амгуни.

Конечно, мне захотелось близко познакомиться с бородачами. Однако одного лишь факта моего прибытия на «лесоповал» здесь было недостаточно. В гараже лесопункта работал приветливый молодой кузнец из «них», который якобы «и был поп». Однако на работе с ним можно было по-приятельски говорить с ним о чём угодно, только не о его вере.

В Русском народе этих странных людей называют «староверами», хотя правильно они - «старообрядцы»; сами себя они так и именуют. Староверы (или родноверы) – это те, которые по прошествии 1000 лет после начала крещения Руси так и не приняли его (да, есть у нас и такие!) и придерживаются дохристианской Русской Ведической философско-мировоззренческой системы, для которой понятие «вера» - это невзрачный по форме и объёму сосуд. Старообрядцы – это православные христиане, которые не приняли реформы патриарха Никона в 1666-1667 гг. Тем не менее, их несправедливо оболгали, обозвав «раскольниками», хотя настоящими-то раскольниками были Никон, шайка его ближайших иноземных «учителей», а вслед за ними и необъятная масса трусливо подстроившихся под них российских обывателей. Возглавили движение несогласных протопопы Иван Неронов и Аввакум. Современные православно верующие во Христе во главе с Алексием II, кладущие крест троеперстием, и есть как бы продолжатели «дела» тех предателей «исконно русской христианской веры». Через много лет я прочитал о старообрядцах следующие проникновенные строки, написанные известным на Западе специалистом по русскому старообрядчеству Сергеем Зеньковским:

«В прошлом году (т. е. в 1967 г. – О.Г.) в связи с пятидесятилетием Февральской и Октябрьской революций, совсем незаметно прошла другая, но тоже очень значительная годовщина в русской истории – трёхсотлетие раскола в русской церкви. Мало кто вспомнил, что три века тому назад, 13 мая 1667 года, собор русских и восточных епископов наложил клятвы (эти клятвы были сняты со старообрядцев только 23/10 апреля 1929 г. решением Временного Патриаршего Священного Синода русской церкви) на тех православных русских людей, которые продолжали и хотели продолжать пользоваться старорусскими, дониконовскими, богослужебными книгами, креститься древневизантийским и древнерусским двухперстным крестным знамением и оставаться верными старорусской церковной традиции» (Serge A. Zenkovsky. Russia`s old-believers. Wilhelm Fink Verlag Munchen.// Репринтное воспр.: М., «Церковь», 1995, стр. 13).

..........................................

Источник http://webdi.livejournal.com/

[Зяма]

Через полгода, то есть в середине лета 1961 года я был призван на срочную службу в ряды Советской Армии и по окончании её снова вернулся в тот посёлок-лесопункт осенью 1964 года. Обучаясь в техникуме, я прошёл курсы водителей-профессионалов «3-го класса». В рядах СА я подрос до «2-го класса», и после демобилизации мне предложили «шофёрить» на автобусе ПАЗ-651. На нём я возил рабочих на верхний склад, т. е. на «передний край», где лес валят, тягают («трелюют») тракторами, грузят на лесовозы и т.д. Скоро, кроме того, мне поручили доставлять в школу детей старообрядцев. К 8 час. 30 мин. утра их шумная толпа должна была сидеть за партами в леспромхозовской школе. В 14 час. 30 мин. я увозил их обратно домой, на берег Амгуни.

Из детей-«староверов» выпирало конопатое древнее славянство; по ним можно было представить облик детворы русской деревни конца XIX века..

Что касается поведения детей-«староверов», то в них совсем не было закомплексованности из-за принадлежности к «религиозной группе». Напротив, держали они себя в обществе других детей, а также на улицах, в магазине и вообще везде совершенно свободно, естественно. К тому же, племя это было дисциплинированно: не было случая, чтобы из-за плохой погоды или других причин кто-то опоздал в мой автобус.

О том, что «староверовские» дома на замки не запираются, что у них нет радио, что они держат «людскую» (то есть только для посторонних) кружку, я был давно наслышан. Однако лишь благодаря шоферской работе мне довелось заглянуть за плотный «занавес» их жизни…

Как-то в начале сентября, возвратив юных старообрядцев в лоно их деревни, я увидел «голосующего» мужичка-с-ноготка – шестиклассника Старкова, которого я не более, как минут пять назад, привёз вместе с другими школьниками. Останавливаюсь. Юный Старков говорит:

- Ты ведь за рабочими? И вернёшься в полвосьмого вечера?

- Ну, да… - отвечаю.

- Нельзя ли с тобой договориться насчёт машины? Вывезти с огорода картошку…

- У меня ведь не грузовик...

- Картошка будет в мешках. Машину мы помоем. И рассчитаемся.

Ну как тут не выручить! «Староверчик» пару километров ехал со мной: показать, где свернуть с дороги, чтобы попасть на огород.

Дети-«староверы» говорили мне «ты»: я был по каким-то их понятиям настолько молод, что говорить мне «вы» было рано. Я удивился тому, что ребёнок вникает, куда я поеду и во сколько вернусь, и тому, почему родители послали именно его «договориться насчёт машины»,а не пришли ко мне сами.

Когда я вернулся, картофельное оказалось ещё не убранным до конца. Открывшаяся картина была просто замечательной. Старковым – папе и маме, - вовсю старавшимся, в поте лица помогали старший сын-десятиклассник и все остальные их дети. У ещё не пожилой супружеской четы Старковых их было девять человек! Малыши 2,5 и 4 лет тоже помогали: носили картошку в цветных игрушечных ведёрках. Конечно, проку от них было мало, но им не говорили: «не путайтесь под ногами», «не мешайте», «отойдите» и т.п. Дети же от восьми лет и старше смотрелись вполне расторопными работниками.

Но! Самый младший член семьи - малыш месяцев семи-восьми от роду - тоже был здесь представлен сидящим посреди огорода на ватном одеяле! Комары атаковала его, однако розовощёкий малыш был невозмутим. В его ручки были вставлены две берёзовые ветки, которыми он вращал над головой, отмахиваясь от комаров. Лицом он был обращён в сторону работающих. Заглушив мотор и наблюдая за семейством, я не услышал восклицаний: «Тебя там не заели?», «Ты не замёрз?», «Ну потерпи, скоро уж!» и тому подобной сентиментальной ерунды. Это ведь сами взрослые подсказывают ребёнку, сочувствуя ему, что от комаров больно, от ветерка прохладно, а от солнца жарко и т.д. Сам-то он пока об этом не знает! Малышу задаётся «программа», и начинается рёв. Здесь же «программу» белоголовому малышу, видимо, благоразумно не «вставили». Потому-то он спокойно сидел на комарах и ничего, кроме пользы в виде укрепления иммунитета, не получал от их укусов.

[Зяма]

В не«староверовской» обывательской семье в подобной ситуации, скорее всего, поступили бы так. Самых маленьких детей, в том числе малыша, ещё не умеющего ходить, оставили бы дома («чтоб не путались под ногами») под присмотром девочки подросткового возраста. Здесь же в бессмысленной на первый взгляд канители «всенародного» похода Старковых на далёкий огород, заключался, на мой взгляд, большой нравственный смысл: ни при каких обстоятельствах не провоцировать возникновение процесса отчуждения детей от дома, от родителей. В семье должен господствовать принцип: семья это святое, она - неделимое целое. Проблема «отцов и детей» не вечная; она - банальное житейское головотяпство, отход от традиций воспитания наших пращуров. У старообрядцев, как я понял, мамы и папы деток в попу не целуют. Однако ребёнок с момента появления на свет рассматривается как личность, а не забава и не объект для сюсюканья. Бывая в домах старообрядцев, я видел: научившемуся сидеть ребёнку сразу полагается определённое место за обеденным столом в виде стула-креслица с подлокотниками и на высоких ножках, чтобы ребёнок ощущал себя как бы равным со всеми. Отец и мать в глазах детей – это живые («натурализованные») боги. Главе семьи предстать перед детьми в недостойном виде? Нетрезвым? Здесь это трудно вообразить.

Ребёнку как личности доверяется и как у личности спрашивается. Разумеется, на выезде из деревни меня мог остановить Старков-отец, чтоб «договориться», однако Старков-младший, ощущающий себя не «тварью дрожащей», запросто берёт на себя функцию «наёмщика транспорта», не робея перед взрослыми, чем приводил в замешательство не только меня, но и других леспромхозовских шоферов.

Почти в полной темноте, нагруженный «под завязку» мешками с картошкой и седоками, я приехал в деревню. Салон автобуса дети мне вымыли, черпая воду из Амгуни. Хозяин вынес бутылку «Московской». Когда я отказался, заметив, что водку не пью, то поставил Старкова-старшего в сложную ситуацию, так как расплачиваться с шоферами тамошним населением было принято только водкой. Я сказал, что ни водки, ни денег мне не нужно, потому что автобус не мой, государственный, а за работу со мной рассчитывается леспромхоз.

Эпизод с картошкой имел, однако, интересное развитие, потому что у бородачей человек не оставляется без благодарности.

Как-то в середине октября того же года, когда по ночам уже начало примораживать, в салоне автобуса задержались несколько подростков:
- А ты рыбы-то наловил?
- Какой ещё рыбы?
- Ну кеты на зиму запас?
- Да нет…
- Сегодня суббота, а завтра - выходной. Приглашаем на рыбалку!

Я, не долго раздумывая, согласился. Договорились на восемь вечера.

Что это ответная услуга «за картошку» мне и в голову не пришло, так как с просьбой «отвезти-привезти-подбросить» ко мне обращалось множество людей - я забыл уже о своей помощи Старковым.

Шедшая по верхней Амгуни на нерест осенняя кета была обесцветившейся, не такой вкусной, зато икра у неё была созревшей. Люди тайком от рыбинспекции, заготавливали на зиму такой кеты штук 15-20, что при полупустых магазинных полках и при тяжёлой физической работе на «лесоповале» было хорошей добавкой к столу.

[Зяма]

Я приехал без опоздания и остановил автомобиль на краю пригорка, возвышавшегося над небольшой речной заводью. В ней стояла наготове добротная плоскодонная деревянная лодка с 20-сильным лодочным мотором «Вихрь» на корме. Открыв дверь кабины, я рассматривал «рыбаков». В самом носу лодки сидел закутанный в большой овчиный полушубок белоголовый ребёнок 4 лет от роду. Был также шестиклассник Старков, двое подростков не старше 14 лет и ещё была девочка лет двенадцати. Произошла «немая сцена»: я некоторое время молча взирал на них сверху, а они также молча смотрели на меня снизу. Я не торопился покидать тёплую кабину, разумно полагая, что вот-вот к нам присоединится кто-то из мужчин-бородачей. Однако никто почему-то не появлялся. Мне и в голову не могло прийти, что без сопровождения взрослого эта «компашка», на ночь глядя, может отправиться в путь по этой ревущей на перекатах и заломах бурной реке, какой является тамошняя Амгунь.

По прошествии нескольких минут снизу послышался обращённый ко мне нетерпеливый голос:
- Так пошто сидим-то?

Прихватив тёплую куртку, я спустился к воде и шагнул в лодку. Один из старших подростков оттолкнулся шестом от берега, другой – уверенным рывком шнура стартёра завёл «Вихрь», и мы - помчались.

Мне подумалось, что мы пристанем к берегу на другом конце деревни, и там к нам подсядет кто-нибудь из отцов этих детей. Однако уже через минуту я понял: никого больше не будет, проводов и напутствий - тоже, так как деревня старообрядцев тут же скрылась за поворотом.

Обыватели всего мира в ночную поездку по такой реке предоставленных самим себе детей, разумеется, не отпустили бы. А если и отпустили, то на берегу собралась бы толпа напутствующих.

Все «староверовские» семьи в отличие от семей обывателей - многодетны.

Семьи, имеющие одного-двух детей, своей страстной любовью невольно притягивают к ним разные неприятности. В многодетных же семьях такого не бывает. Я никогда не слышал о несчастных случая с детьми старообрядцев. Если бы из отправившихся на нашу «рыбалку» детей хотя бы одна мать, беспокоясь, не спала бы до утра, то с нами, возможно, действительно что-то бы стряслось.

Поднимаясь вверх по течению, в пути мы были часа полтора. Сразу после отплытия наступила кромешная тьма. Однако знание русла реки у этих детей было безупречным, а навыки управления моторной лодкой – виртуозными. Мы ни разу не зацепили винтом дна реки, обычно довольно мелкой в это время года, ни разу не «поймали» подводную корягу.

Тем не менее, мне было как-то не по себе не только от более чем прохладной речной свежести.

Тридцатиметровую крупноячеистую сетку мы поставили на стыке соприкосновения быстрых вод Амгуни со стоячей водой отшнуровавшейся протоки, куда поднимающиеся вверх косяки лососей заходят отдохнуть. Затем на широкой галечной косе в своё удовольствие с шутками и прибаутками развели гигантский костёр. Ведь сухого плавника вокруг было сколько душе угодно. Незабываемым блаженством пахнуло не только от жара костра, но и от очень низко висящего над Амгунью чистейшего звёздного неба! Я подумал, что молодые люди, согревшись у костра, перед тем, как проверить сеть, часа на два-три вздремнут. Но не тут-то было! (Я и сам был бы не прочь поспать: тогда в СССР на «лесоповале» суббота была рабочим днём.) Подрёмывал только малыш-четырёхлеток в своей овчиной шубе. Остальные же с горящими глазами расселись кучкой передо мной и потребовали:
- Ну-ка, расскажи нам что-нибудь…
- Что рассказывать?
- Ну что хочешь. Например, как служил в армии… Только с самого-самого начала…

Я вдруг понял, что просьба эта не сиюминутный экспромт, а пункт «рыбалки». И принялся рассказывать, причём намерено скучновато, чтоб «отвязались». Но ребятня не «отвязывалась», их интерес был неподдельным, и я незаметно для себя увлёкся. Таким образом получился какой-то тургеневский «бежин луг», только рядом не было пасущихся «в ночном» лошадей, лишь ревела река, а рассказчиком был один я. Часа через два я предложил:

- Так что, вздремнём?
- Вот ещё! Давай-ка, дядя, анекдоты!
- Все подряд?
- Да! Все подряд!

Я стал рассказывать анекдоты, но, разумеется, не все подряд, а вполне пристойные - для ушей подростков. Например, как Василий Иванович Чапаев и Петька воевали в Египте с Израилем. Василий Иванович - летчиком, а Петька – его штурманом. Петька, как всегда, напутал в расчётах, и их самолёт приземлился не в Египте, а в Китае. Когда китайские солдаты окружили самолёт, Василий Иванович сказал: «Ну что, ***ы, прищурились?» «Староверчикам» так это понравилось, что они буквально катались со смеха по речной гальке.

- Расскажи и другие анекдоты?
- Это какие?
- Ну, матершинные.

Я понял, что эти дети и представления не имели о «матершинных» анекдотах, и, конечно, отказался. Ребята разочаровались, но не обиделись.

[Зяма]

Сплавали к сетке. В ней было пусто. Основные косяки осенней кеты, как я знал, прошли ещё в конце сентября. Может быть, эти знатоки Амгуни понимали в рыбе больше других? Однако и под утро, когда мы снимали сеть, в неё забрела лишь одна пятнистая кетинка килограмма на два, такая слабая, словно она не пришла с низовий, а её снесло течением с верха, с какого-нибудь нерестилища. С ней мы и вернулись домой рано утром.

Кроме фамилии Старкова я намеренно не упоминаю фамилии других детей, хотя до сих пор их помню. Представители этих фамилий разбросаны не только по Сибири и Дальнему Востоку, но и по всему миру, поэтому не хочу кого-либо из них невзначай «подставить» публикацией этого очерка.

Чтобы дорисовать картину трепетного и грамотного отношения старообрядцев к воспитанию детей, ещё пару слов о детях.
Среди зимы подростки пригласили меня на день рождения к десятилетней девочке. «Подарка не надо», - сразу предупредили меня приглашающие.

Я оказался в доме с необычайно длинным столом, стоящем как бы в намеренно удлинённой прихожей. Как я понял, этот дом (тоже жилой) служил, видимо местом собраний, в том числе для семейных праздников. За столом сидели и пили чай с пирожками дети, примерно тридцать персон, а во главе стола сидели три ветхих старца с длинными, до колен, бородами. Степенная беседа старцев с детьми прервалась с моим появлением, поскольку, как я понял из обрывка её, касалась она чего-то сокровенного, не предназначенного для постороннего человека. Дети, видимо, притомились и моё появления восприняли по-своему.
- Папенька и маменька, - обратилась именинница к родителям, - а теперь можно мы погуляем?

Получив разрешение, которое означало окончание «официальной» части праздника, именинница и её многочисленные сверстники вмиг исчезли. На столе появилась самодельная брага (магазинную водку бородачи не пили) и закуска в виде квашеной капусты и пирожков. Выпили по стакану за родителей именинницы.

К имениннице меня не подводили. «А зачем же тогда пригласили?», - думал я. А потом догадался – по той же причине, по которой к десятилетней девочке пришли и убелённые сединами старцы: дать ребёнку осознание его личной значимости в глазах окружающих!

Я вышел к автобусу, чтобы прогреть двигатель, и услышал, как дети в конце деревни весело пели. Я вспомнил об этом, когда летом 1967 года на наш «лесоповал» приехал в сопровождении двух студентов преподаватель Хабаровского Педагогического института, кандидат филологических наук Сергей Иннокентьевич Красноштанов. Приехал он собирать русские народные песни. Собирать ему было что, так как в дальневосточную лесозаготовительную промышленность советская власть собрала человеческий материал со всей страны. Мой совет отправиться на Амгунь к старообрядцам он воспринял с радостью, чтобы записать обрядовые религиозные песни минувших эпох. К его сожалению, старообрядцы что-либо петь ни на магнитофон, ни «просто так» отказались. Уезжая, Сергей Иннокентьевич попросил меня попытаться записать их духовные песни. Возвращаясь со школы домой, дети по моей просьбе пели в автобусе такие, например песни:

В одном красивом месте, на берегу реки,
Стоял красивый домик. В нём жили рыбаки...

Или:

По Дону гуляет, по Дону гуляет казак молодой.
А там дева плачет, а там дева плачет над быстрой рекой…

Или:

Миленький ты мой, возьми меня с собой.
Там, в краю далёком, буду тебе женой.
Милая моя, возьму я тебя с собой,
Но там, в краю далёком, есть у меня жена…

[Зяма]

Напрасно я предлагал им дополнить репертуар чем-то ещё. Детская орава понимала, что я от них хочу, и лишь лукаво посмеивалась… Пришлось Сергея Иннокентьевича разочаровать в одном из писем к нему.

Однажды зимой на лесной дороге «проголосовал» мужчина из «них» в приличном пальто, с седой бородой, крепкий на вид. В автобусе больше никого не было, и мы разговорились. Я сказал, что на Амгуни живёт самый-самый главный «старовер» по фамилии Басаргин, которому исполнилось девяносто лет. Но его никак не удаётся увидеть. «Это я и есть», - улыбнулся пассажир. Присмотревшись, я понял, что встречал этого человека и не раз. Просто мне не могло прийти в голову, что девяностолетний «старец» может выглядеть пятидесятилетним мужчиной. Я не помню всей нашей беседы. Помню лишь, что, включив в салоне автобуса плафон, предложил Басаргину прочесть какую-то заметку в газете. Тот взялся читать, но очки при этом не надел. Я напрасно подумал, что Басаргин лишь изображает читающего, так как через минуту мы уже обсуждали содержание заметки.

К сожалению, Басаргин тот вскоре умер. Я мало что знаю о нём и сейчас вспомнил его лишь в связи с его способностью в его годы видеть без очков и вблизи, и вдали. Не только он, никто из старообрядцев ни в молодые годы, ни в пожилые не страдает ни близорукостью, ни дальнозоркостью..

Я расскажу о том, как они этого добиваются. Это – ничто иное, как фрагмент ныне утраченной народной профилактической медицины.
В каждом их доме рядом с умывальником обязательно стоял небольшой медный тазик.
Утром в тазик наливается свежая колодезная вода. Первое, что делают все члены семьи независимо от возраста сразу после утреннего пробуждения, - погружают лицо в воду, открывают в воде глаза и с полминуты вращают вправо-влево глазными яблоками. Возникает лёгкое ощущение «дёра». Отсюда поговорка: «Глаза не продёр, а за стол садишься!». Как видим, «не продёр» вовсе не значит «не умылся»: прекрасная традиция забылась, а поговорка – осталась.

В чём тут секрет?
Температура ***кости внутри глазного яблока всегда несколько выше 36,6 градусов –температуры человеческого тела. Несколько повышено и кровяное давление внутри глазного яблока. Моргая, мы охлаждаем, «проветриваем» глаза. Однако за время сна, когда глаза закрыты, глазное яблоко значительно разогревается; глазным мышцам и организму человека в целом требуются определённые усилия, чтобы после пробуждения привести глаза в норму. По прошествии лет (к сорока годам) глазные мышцы от этой нудной работы настолько устают, что частично атрофируются и не могут больше управлять хрусталиком. Отсюда – старческая дальнозоркость. Близорукость – результат сверхнагрузок на те же мышцы в молодые годы.

[Зяма]

Но глазные мышцы и в первом, и во втором случае запросто в полном объёме сохранят свою работоспособность, если помогать им, каждое утро после пробуждения охлаждая глазное яблоко так, как это, по всей видимости, ещё делают русские старообрядцы во всём мире!
Замечу вдогонку: медь тазиков, стоящих повсюду в домах рядом с умывальниками, по всей видимости, содержит серебро. Серебро придаёт воде надёжные антисептические качества.

Несколько перефразировав известную поговорку, можно сказать: «Скажи мне, кто твои дети, и я скажу, кто ты сам». Однако пора рассказать и о некоторых подробностях, касающихся жизни всей общины.

У бородачей не всегда гладко складывались отношения и с администраций леспромхоза, и с местными органами власти. Например, случилось, что лесопункт крупно недоплачивал им за выполняемую ими (обычно в зимнее время) раскряжёвку и штабелёвку древесины. Они, природные силачи, вручную кряжевали и штабелевали леса в два раза больше, чем бригады леспромхозовских рабочих, использующие лошадей. Я год отработал у «конных штабелёвщиков» и видел «староверов» в деле. Выработка, какую они демонстрировали, не укладывалась ни в какие нормы и тарифные сетки. Составленные мастером наряды в конторе «мурыжились»: переписывались с занижением заработка. Бородачи напрасно ходили от одного начальника к другому и, в конце концов утратив надежду добиться справедливости, куда-то посылали одного-двух гонцов «за правдой». Гонцы «правду» всегда привозили в виде сурового распоряжения начальника заоблачного ранга - «Зарплату выплатить полностью!».

Если речь шла о волоките с земельным наделом для строительства на Амгуни или где-либо новых домов, то импровизированная делегация добивалась резолюции: «Землю выделить!» Любопытно: гонцы не ездили в районный центр, то есть Комсомольск-на-Амуре, как это вроде было положено, а обращались сразу в краевой центр (г. Хабаровск) или даже в Москву.

Леспромхозовский народ говаривал: «Эти хитрые староверы берут с собой ведро красной икры, набивают карманы деньгами; там, в Хабаровске или Москве, они умеют подкупить кого надо!».

Признаться, я большую часть своей жизни верил в эту наивную версию, пока не принялся изучать историю старообрядческого движения. Но и этого было недостаточно, если бы не малозначащий с первого взгляда эпизод. То, о чём я сейчас расскажу, в никаких исследованиях вы не найдёте.

Однажды, не помню зачем, нужно было разыскать родителя-старообрядца. С пятиклассником мы мимоходом заглянули в один из домов, в котором никого не оказалось, кроме странного молодого человека, бритого, сидящего за столом, заставленным стопками книг. Я спросил у мальчика:
- А это кто такой? Почему раньше его не было видно?
- Это наш студент на каникулах. Мы его учим в университете

[Зяма]

Это «мы его учим» осталось в моей памяти, но не сразу «срослось» в голове: проговорившись, подросток приоткрыл одну из тайн старообрядческого бытия. Я беру на себя ответственность раскрыть её. Поскольку с той поры СССР-Россия пережила невиданные потрясения и подошла к «последнему рубежу», то настала пора старообрядцам поделиться со всем Русским народом своим драгоценным опытом выживания в недоброжелательно-враждебной среде. Особенно это интересно возникающим ныне общинам Русичей Ведической направленности.

Дело в том, что старообрядческие общины своими щупальцами издавна и активно проникали не только в купеческо-промышленную среду Российской империи. С таким же успехом, но уже в глубокой тайне, щупальца эти просачивались в административный аппарат Российской империи. Своих наиболее одарённых молодых людей на общинные деньги старообрядцы посылали учиться в российские университеты; надо полагать, и в те времена, когда они жестоко дискриминировались никонианской Российской Греко-Православной церковью (ныне она называет себя Русской Православной церковью) по религиозному признаку. Выучившиеся молодые люди, не афишируя своего происхождения, где только могли, занимали государственные должности и затем продвигались к вершинам власти. Они тайно оказывали всяческую поддержку «своим» в экстремальной ситуации. Иначе Саввы Морозовы не возникали бы, как на дрожжах, то тут, то там. А если и возникали бы, то выстроенное ими благополучие имело бы непрочный фундамент. Российским старообрядцам не нужна вся власть над Россией (или Канадой, или США, или Бразилией, или Аргентиной и вообще везде, где они проживают); для нормального существования им вполне достаточно части её. А зачем больше-то? Их сила – в общине. Я склонен думать, что идеи старообрядчества сами по себе уже не столь важны для них. Важен сохраняющих их на лике земли русский общинный дух, то есть та главная нравственная ценность, какую беспощадно вытравливали из Русского народа власть предержащие, начиная с псевдореформаторов типа Никона, Петра I и др. Главный же и самый страшный удар нанесли в этом направлении марксисты-ленинцы…

Полагаю, российские старообрядцы, в том числе и мои амгуньские знакомцы, ни красной икры, ни денег в качестве взятки никому в Москву не возят. Полагаю, читателю понятно, в каких высоких «инстанциях» они находят свою «правду».

В заключение нельзя не заметить:
«До сих пор почти что не вскрыты сущность влияния старообрядческой мысли на идеологию русских мыслителей, славянофилов и народников, «почвенников» середины прошлого века и думских «прогрессистов» начала этого, значение старообрядческих деятелей в развитии русской экономики и связи старообрядческих писаний с русской литературой начала двадцатого века. Почти что совсем забыт тот факт, что именно старообрядцы сохранили и развили учение о особом историческом пути русского народа, «святой Руси», православного «Третьего Рима» и что в значительной степени благодаря им эти идеи снова уже в прошлом и в этом столетиях заинтересовали русские умы» (Зеньковский С. Там же, стр. 14).

Источник http://webdi.livejournal.com/

[yanik]

зяма,расскажи пожалста,о законе первой ночи,где помещик,имел право,на законном основании,оттренать невесту первым,не взирая на все протесты жениха(и все с святого благословения Св.Церки!)

[Зяма]

зяма,расскажи пожалста,о законе первой ночи,где помещик,имел право,на законном основании,оттренать невесту первым,не взирая на все протесты жениха(и все с святого благословения Св.Церки!)

Это во Франции у сеньера было право первой ночи.
Путаешься немного, меньше по сПОЦсайтам лазь - размечтался... :D

[yanik]

Это во Франции у сеньера было право первой ночи.
Путаешься немного, меньше по сПОЦсайтам лазь - размечтался...

хорошо,расскажи тогда о французах,как там трехналися по закону...:rolleyes:

[Зяма]

хорошо,расскажи тогда о французах,как там трехналися по закону...:rolleyes

Если б побыл СЕНЬОРОМ хоть недельку,:D вот нарассказывал ба тебе про трен...
И султаном неплохо, говорят, быть. Даже у простого араба можно 4 жены иметь...
Не интересовался ???

[yanik]

Указание на существование права Первой ночи в России исследователи (Шлецер, Эверс, Татищев, Елагин) видят в рассказе летописи о замене княгиней Ольгой «княжьего» чёрной куной. Обычай давать выкуп помещику перед свадьбой удержался до отмены крепостного права; подать эта известна была под названием «выводной куницы». Во всяком случае насилие со стороны помещика над новобрачными из крепостных в последние столетия были фактом, а не правом. Князь Васильчиков в своей книге «Землевладение и земледелие» удостоверяет, что в бытность предводителем дворянства ему не раз случалось встречаться с фактами подобного насилия помещиков над крестьянками. В 1855 году, за 6 лет до отмены крепостного права, тайный советник Кшадовский был судим и присужден к денежному штрафу за пользование правом Первой ночи.

Современным отголоском "права первой ночи" в России можно также считать то, что многие свадьбы включают (уже снова почти традиционный) обряд "выкупа невесты", который, впрочем, не имеет ничего общего со средневековыми обычаями, а служит, как бы, их возместителем, требующим от жениха компенсации отнюдь не денежной, а исключительно в виде демонстрации своей сообразительности и остроумия. Впрочем, отсутствие этих качеств не налагает на жениха практически никаких обязательств.http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9F%D1%80%D0%B0%D0%B2%D0%BE_%D0%BF%D0%B5%D1%80% D0%B2%D0%BE%D0%B9_%D0%BD%D0%BE%D1%87%D0%B8

[yanik]

Если муж в последнее время после исполнения своих супружеских обязанностей, глядя в потолок, вопрошает: "Интересно, а сколько мужчин у тебя до меня было?", - намекая на то, что, мол, женился на тебе не девственнице, это его проблема. Считать всех тех, с кем были проведены восхитительные и не очень ночи любви в студенческом общежитии, у друзей на даче, во временно пустующей квартире, хозяева которой должны были вот-вот нагрянуть, - не имеет смысла.

Объясни своему мужчине, что это твой маленький секрет. Если он будет настаивать, открыть цифру, можно и сменить мужа, а девственность восстановить.

Что бы там не говорили о сексуальной революции, невинность была и остается в цене. Правда, сегодня ее цена не измеряется какими-то моральными соображениями, а получила конкретное денежное выражение. От 250 до 600 у.е. За такие деньги девственницей сегодня сделают даже мать-героиню.

Экзотическая еще лет пять назад процедура стала теперь в столичных клиниках такой же привычной, как пломбирование зубов. Согласно официальным данным, за последние три года количество клиник, занимающихся восстановлением девственности, увеличилось на 25%. В каждой больнице, занимающейся гименопластикой, делают в среднем по четыре операции в неделю.

Большинство клиенток по восстановление девственности - девушки-мусульманки. Они приехали в Россию за знаниями, заодно решив попрактиковаться в самой древней науке - любви. Пока барышни из Чечни, Азербайджана, Дагестана куролесят в российских общагах, на родине их о***ают женихи, и без гименопластики никуда, секир-башка развратной невесте.

Девственность в Арабских странах до сих пор - на вес золота. Арабки в европейских странах - как все женщины: надевают джинсы, коротко стригутся, бреют ноги, занимаются сексом, даже делают аборты. А потом зашиваются и уезжают на родину. Ведь там им, может быть, из чадры не придется выбираться, не говоря о том, что после брачной ночи простыни новобрачных выставляются на всеобщее обозрение.

Еще один вариант - молоденькие девушки после изнасилования. Их приводят за руку мамы - вернуть не столько девственность, сколько здоровую психику.

Восстанавливают невинность также жены новых русских, пытающиеся привлечь муженьков как в стародавние времена их знакомства "девственностью с доставкой на дом".

Часто услугами восстановления невинности пользуются проститутки. Тут все ясно: цена на девственницу в несколько раз превышает цену на самую высококлассную путану "многоразового" использования. Некоторые барышни, торгующие своим телом, обращаются в клиники по несколько раз. И потом продают свою "непорочность" за баснословные деньги.

[Зяма]

Указание на существование права Первой ночи в России исследователи (Шлецер, Эверс, Татищев, Елагин) видят в рассказе летописи о замене княгиней Ольгой «княжьего» чёрной куной. Обычай давать выкуп помещику перед свадьбой удержался до отмены крепостного права; подать эта известна была под названием «выводной куницы». Во всяком случае насилие со стороны помещика над новобрачными из крепостных в последние столетия были фактом, а не правом. Князь Васильчиков в своей книге «Землевладение и земледелие» удостоверяет, что в бытность предводителем дворянства ему не раз случалось встречаться с фактами подобного насилия помещиков над крестьянками. В 1855 году, за 6 лет до отмены крепостного права, тайный советник Кшадовский был судим и присужден к денежному штрафу за пользование правом Первой ночи.

Современным отголоском "права первой ночи" в России можно также считать то, что многие свадьбы включают (уже снова почти традиционный) обряд "выкупа невесты", который, впрочем, не имеет ничего общего со средневековыми обычаями, а служит, как бы, их возместителем, требующим от жениха компенсации отнюдь не денежной, а исключительно в виде демонстрации своей сообразительности и остроумия. Впрочем, отсутствие этих качеств не налагает на жениха практически никаких обязательств.http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9F%D1%80%D0%B0%D0%B2%D0%BE_%D0%BF%D0%B5%D1%80% D0%B2%D0%BE%D0%B9_%D0%BD%D0%BE%D1%87%D0%B8

Сам же знаешь, закона не было... Я тебе больше скажу, нынче кое-где работодатели
ввели право етой самой ночи...
Тссссс, Клинтон в этом замечен и израильский президент Кацава, кажись...
Ужас!!! средневековье!:D

[yanik]

Сам же знаешь, закона не было... Я тебе больше скажу, нынче кое-где работодатели
ввели право етой самой ночи...
Тссссс, Клинтон в этом замечен и израильский президент Кацава, кажись...
Ужас!!! средневековье!
Ой,шо же ето тварыцца!поцлучаецца,шо мы все -мамзеры!?вай-вай!!!:mad:

[yanik]

В.А.Чудинов

Расшифровка славянского слогового и буквенного письма

Апрель 17, 2008
Якорь и агнец как раннехристианские символы разного смысла
Автор runes 21:06. Рубрика Надписи на иконах

Якорь и агнец как раннехристианские символы разного смысла

В.А. Чудинов

Раннехристианские надписи. Первые христиане, вероятно, еще помнили языческое прошлое и, возможно, как-то отражали его в тайных надписях на предметах христианского культа. Тем более что поначалу они Спасителя не изображали вовсе, а предпочитали давать его символы. Для проверки этой гипотезы рассмотрим две ранние христианские надписи.

agnez1.gif
Рис. 1. Мое чтение монограммы Иисуса Христа

Якорь как символ Христа. В качестве первого примера проанализируем широко известную монограмму Иисуса Христа в виде якоря; в данном случае это изображение было нанесено на гемму III века н.э. (ПОК, с. 44 и с. 248, рис. 21), рис. 1. Якорь может быть прочитан славянами как: ТО БОГЪ, то есть ЭТО БОГ. Тем самым, божественная природа Христа обозначена лигатурой из знаков руницы. Однако это весьма напоминает нижнюю часть языческого креста с изображением полумесяца.

Заметим, что помимо стандартной надписи IC ХР, то есть ИИСУС ХРИСТОС, тут имеется и другая, но написанная руницей вразбивку. Особенно удивляет знак, похожий на Y, имеющий размер больше других знаков. Полагаю, что так автор надписи маркировал его двойное чтение. Поэтому я читаю надпись с этим знаков в конце как ЛАТЫНЕНЕ, то есть, ЛАТИНЯНЕ. Эта последняя надпись не фигурировала в моем первом чтении данного памятника (ЧУЭ, с. 60), однако это обозначение этнической принадлежности верующих я считаю очень важным, поскольку ЛАТИНЯНЕ противопоставляют себя, видимо, РУСИЯНАМ (последний термин употребляли варяги, существовавшие еще в античности).

Покровский о якоре. Согласно исследованиям Н.В. Покровского, якорь - «символ христианской надежды: это один из наиболее распространенных древнехристианских символов. Указание на него мы находим, прежде всего, в Послании к Евреям, где апостол уподобляет христианскую надежду безопасному и крепкому якорю (Евр., VI, 18019), а потом у Климента Александрийского, рекомендовавшего, как мы видели, изображать этот символ на своих перстнях. Почему якорю усвоено в христианстве такое значение, понятно само собою: стоит лишь вспомнить об его естественном назначении во время бури. Иногда якорь на памятниках помещается рядом с другими христианскими символами, например, с голубем» (ПОК, с. 35). Мне кажется сомнительной такая прямая аналогия: в открытом море, где глубоко, якорь не достигнет дна; а во время бури якорь вряд ли удержит большой корабль - тому лучше маневрировать. Так что аналогия с якорем, на мой взгляд, Н.В. Покровским не раскрыта.http://chudinov.ru/yakor-i-agnets-kak-rannehristianskie-simvolyi-raznogo-smyisla/#more-3073

[Зяма]

Древнерусское жречество обладало целостным мировоззрением. Оно нашло отражение в «Велесовой книге» в «Прославлении Великого Триглава». Кроме всего прочего там раскрывается полнота и самодостаточность Вселенной. Вот фрагменты этого «Прославления…»

ПРОСЛАВЛЕНИЕ ВЕЛИКОГО ТРИГЛАВА

«И вот начните,
во-первых — главу пред Триглавом склоните!»
— так мы начинали, великую славу Ему воспевали,
Сварога — Деда богов восхваляли,
что о***ает нас.
…
И Громовержцу — богу Перуну,
Богу битв и борьбы
говорили:
«Ты, оживляющий явленное,
не прекращай колёса вращать!
Ты, кто вёл нас стезёю правой
к битве и тризне великой!»
…
И Свентовиту мы славу рекли,
он ведь восстал богом Прави и Яви!
…
Нас Он от Нави уберегает —
Мы восхваляем Его!
…
И говорите:
«Всё сотворённое
не может войти в расторгнутый ум!»
Чувствуйте это, ибо лишь это умеете,
ибо тайна та велика есть:
как Сварог и Перун —
— есть в то же время и Свентовит.

Русские подвижники безусловно наследовали эти знания. И как ни старались исказители истории нашей страны скрыть от нас правду, однако «нет ничего тайного, что со временем не стало бы явным». Правда всё равно прорывается наружу. Так, описывая «Житие преподобнаго Сергия Радонежского» (издание типографии Свято-Троицкой Сергиевой Лавры, 1904 г.) архимандрит Никон на стр. 172, рассказывая о событиях, предшествующих Куликовой битве, пишет:

Святой старецъ провиделъ духом нужду еще разъ укрепить мужество Великаго Князя перед самою битвою, и прислать ему въ благословеніе Богородичную просфору и своеручную грамотку, конецъ которой сохранила для потомства одна изъ наших летописей. Грамотка эта, увещевая великаго Князя сражаться мужественно за дело Божіе и пребывать въ несомненномъ упованіи, что Богъ увенчаетъ ихъ дело счастливымъ успехом, оканчивалась следующимъ изреченіемъ: «чтобы ты, господине, таки пошелъ, а поможетъ ти Бог и Троица»

Пытаясь как-то объяснить разделение Сергием Радонежским БОГА и ТРОИЦЫ, в примечании даётся нелепое легкомысленное толкование о том, что под «Троицей» Сергий Радонежский видимо имел «храм Пресвятой Троицы». Сергий Радонежский был не из тех, кто позволял бы себе высказывания, которые можно толковать всякому так, как ему вздумается. В данном случае он даже не сказал, а написал: «Бог и Троица!»